Хокуман-отель (сборник)

Что-что? Обоснование? Это нужно для самолета, который вызван по моему приказу и стоит сейчас у «Хокуман-отеля». Все. – Исидо положил трубку.

Некоторое время он смотрел в окно. Сказал:

– Вы довольны, Исидзима?

– Пока все идеально, ваше превосходительство.

– Сейчас около пяти. Прежде чем Катаяма раскачается, выбьет бензин, достанет оборудование и все это погрузит, думаю, пройдет часа четыре.

– Пять. Необходимо еще время на дорогу.

– Хорошо, пять. Значит, машины будут здесь часам к десяти – одиннадцати утра.

Что-нибудь еще, Исидзима?

– Ваше превосходительство. Если вам не трудно, выпишите мне доверенность на прием груза и людей. Вы же знаете, хоть это и формальность, но, когда дело касается второго отдела, она необходима.

Генерал открыл ящик стола, достал блокнот. Исидзима знал этот блокнот – каждый его лист был снабжен личным вензелем начальника третьей канцелярии штаба армии бригадного генерала. Исидо написал доверенность, поставил число. Размашисто подписался, протянул листок Исидзиме.

Сказал, глядя куда-то мимо:

– Печать нужна?

Исидзима склонился в поклоне, подождал, пока чернила просохнут, сложил листок вчетверо, спрятал в карман.

– Что вы, ваше превосходительство, ваша подпись – это все.

– Еще что-то?

Исидзима поклонился:

– Все, Исидо-сан. Я думаю, пока вам нужно оставить все заботы и отдохнуть. К десяти я прикажу подать завтрак в номер. К этому времени уже придет машина.

Исидо закрыл глаза. Сделал полный вдох.

Потянувшись, поправил рукава халата.

– Вы правы, Исидзима. Вздремнуть не помешает.

– Приятного сна, ваше превосходительство.

Цутаки сидел в кресле у распахнутого окна и смотрел на море. Он только что искупался. На его плече еще даже не высохла соленая капля. Затем перевел взгляд на одну из лучших набережных Дайрена. Солнце еще не встало, и улицы были пустыми. Август – лучший месяц сезона, и Цутаки Дзиннай каждый день выходит из дому в одних плавках и идет по холодноватым еще камням к морю.

Вода у набережной Умэ холодная, и после купания вся его кожа покрывается пупырышками. Но он доволен. Не надевая махровый халат, лежащий на последней из ведущих к морю ступенек, Цутаки просто подхватывает его и идет к своей резиденции. Дом и весь участок огорожен высоким каменным забором. Наверху, на втором этаже, радиостанция и комнаты его людей, внизу – дежурная часть, его собственная комната, склад оружия и дешифровочная.