Если наступит конец света

Приходилось то и дело съезжать с полотна дороги и объезжать препятствия.

– Что-то здесь никого не видно, – произнес Эльз. – Такое представление, что жизнь закончилась.

– Встретим. Был я в прошлом году в таком одном поселении типа свалки, в связи со спонсорской деятельностью. Впечатлений была масса!!! Да! Они грязные и неаккуратные, ленивые даже… Но они не теряют чувство юмора и даже чувство собственного достоинства! Мы им привозили еду, обувь… Раздавали теплые носки, делились сигаретами… Поверь, они не голодают! Спокойно берут еду, не выхватывая из рук как дикари.

Я беседовал как-то с одним бомжом. На простой вопрос «Что ты ешь?» он ответил: «Я ем и мясо и рыбу каждый день, и я не помню дня, чтоб я не был бы выпившим! Живу хорошо и не жалуюсь. Разве мог бы я себе позволить выпивать каждый день?! Нет!»

– Им не позавидуешь! – возразил Эльз. – Их свобода своеобразна, но она заставляет задуматься о будущем. Нет горя без добра, каждый получает то, чего заслуживает.

– Но человек на то и разумный, чтоб самому строить свое будущее таким, каким он хочет его видеть.

Люди должны жить, предвидя ситуацию на несколько шагов вперед, создавая планы, и критиковать себя за ошибки.

– Человеческое бытие – это ответственное бытие, – не согласился с товарищем Эльз. – Хотя он каждый раз решает, чем ему быть. Человек сам выбирает и определяет свою судьбу.

На что Виктор возразил:

– Человек выбирает далеко не все. На мой взгляд, он сам формирует свою «судьбу», а не судьба формирует поведение человека и его жизнь.

У идущих в никуда нет пути, есть только судьба. И там, где заканчивается судьба, начинается путь.

– Могу предположить, что люди придумали судьбу, чтобы скрыть свою ничтожность и беспомощность перед окружающей их реальностью, – парировал Эльз. – Ты один из тех, кто думает, что все держит под контролем. В этом твоя ошибка. Из-за этой своей значимости ты не видишь ничего дальше носа. Я никому ничего не могу позволить или запретить в глобальном смысле этого слова. Люди тонут в иллюзии своей значимости и важности.

Из-за этого они жалеют, плачут, страдают и радуются. Человеку потребуются огромные усилия, чтобы понять очевидное.

Вездеход тем временем двигался по разрушенной давно дороге. Их путь лежал в северо-западный район Мертвого моря, на западный берег реки Иордан. Приходилось то и дело съезжать с полотна дороги и объезжать препятствие. Морской берег изменился и был необычен. Пляж, который обычно разделяет море и сушу, отсутствовал.