Ангелы. Дети ночи

Я встряхнулась, стараясь стать так, чтобы Грегор не попадал даже в зону бокового зрения, но и это не помогло.

Очередное тройное заклинание слетело с моих губ и не возымело никакого воздействия на руки. Пальцы, так приятно покалывающие вчера во время первых тренировок, сегодня казались просто ватными.

Я нервно сглотнула, еще раз стряхнула с себя напряжение, и глубоко вздохнув, прикрыла глаза.

«Аз-есть-юсь», «Аз-есть-юсь», «Аз-есть-юсь»…

Ничего… Ничего!

Я оглянулась за поддержкой, но обнаружила несколько десятков пар глаз.

Осуждающие. Ожидающие. Разочарованные взгляды.

Только не так!

– Ты должна расслабиться, – внезапно промурлыкал котом над моим ухом Грегор.

Он подошел слишком близко, нарушил личное пространство. Его тепло мгновенно нашло путь к моему телу, через поры забралось под кожу и вольготно расположилось на раздорожье алых капилляров. Его руки легли мне на плечи, накрывая волной животного страха – это неправильно, это жестоко, это расценят, как провал. Мой провал.

Мужчина не смеет так опасно близко стоять к своей подопечной.

Я испугалась. Молвы. Надуманных косых взглядов. Чужого ошибочного мнения.

– Я сама, – дернув плечом, я попыталась избавиться от лишнего внимания. И снова обернулась в поисках помощи.

Среди многих оттенков взглядов я нашла один – с верой. Улыбнувшись Черному, я вернулась на исходную позицию.

Теперь я была более, чем уверена. Выставив правую ногу вперед, я подняла и правую руку, повернула ладонью вверх, собрав пальцы «корзинкой».

Грегор продолжал стоять за спиной, но больше меня не пугал. У меня все выйдет!

«Аз-есть-юсь», – прописав перед глазами канонические буквы, я, наконец, почувствовала покалывание. Со стороны донесся одобрительный вздох моих соратников.

– Аз-есть-юсь, – добавив в голос злости, я раздвинула пальцы, потому что сгусток больше не помещался.

– Аз-есть…

– Стоп! Стоп! Бросай! – ангел подлетел ко мне со спины и попытался перехватить шар, но я успела присесть и толкнуть свой мячик, как бильярдный шар.

Удивительно, но он меня послушался и покатился по дорожке в направлении мишени. Соприкасаясь с бетоном, он лишь замедлялся, словно колесо машины по мере сдувания, но не взрывался. И лишь подкатившись к вертикальной стене, ударился и лопнул, оставляя на нижней части мишени угольный круг.

– Вау!

– Ахренеть!

– Снежка, ты – лучшая!

И еще много других окриков посыпались на голову, как снег среди ясного неба. Я стояла, еле дыша.