Ангелы. Дети ночи

 – Что-то случилось, Ксю, тебе сообщение пришло!

Сонная муха Оксана еле продрала глаза, потянулась к планшету и вдруг изменилась в лице, сорвалась с места и, натягивая на ходу джинсы, бросила:

– Они вернулись. Есть раненые. Должна бежать!

И убежала. А я стояла на пороге комнаты и наблюдала, как абсолютно все двери нашего общежития стояли распахнутые, как заспанные, но ответственные люди неслись по коридору, чтобы исполнить свой профессиональный долг. Никто их не принуждал, но каждый из них знал: он – специалист, и без его помощи другу, соратнику, брату будет плохо.

И надо спешить.

Ни о каком сне не могло быть и речи. По коридору из комнаты в комнату сновали те, в которых по роду своей деятельности не было необходимости.

Вернулись разведчики. Принесли информацию – это для аналитиков. Пришли раненые – это для медиков. Для оружейников – ничего…

Поэтому я сидела, как на иголках. По ушам долбил барабанщик.

Глава 4

Сколько прошло времени, не смогла бы сказать.

Но вот в начале нашего коридора обнаружилось волнение, люди, сидящие, так же, как я на своих порогах, повскакивали с мест.

Кто-то вернулся. Кто-то из отдела, подчиняющегося Грегору. Воин Света, живущий в одной из первых комнат, не захотел ни с кем разговаривать. Это было понятно из того, как громко он хлопнул дверью и последующие за этим разочарованные возгласы.

Но затем ситуация изменилась, потому что пришел кто-то более говорливый и вся народная рать ринулась в одну крохотную коморку.

Я продолжала сидеть на своем пороге. Одно из двух: или вернется Пашка Черный, или Ксюха. Только их познаниям я и могла бы доверять.

Сидя на ступени, я успела пробежаться мысленно по двум дням существования под землей. Для начала, меня волновало состояние моей бабуси. Кроме меня у нее никого не осталось. А если ее больше нет? Если ее выпили эти твари? Кто занимается домом? Меня записали в ряды без вести пропавших?

Во-вторых, недавнее мое вознесение на энергетическом уровне обнаружило жуткую зависть в рядах Хранителей Традиций.

Я взяла планку никому из них не посильную, и теперь им оставалось лишь бороться за первенство, дотягивать до моего уровня, либо тихо меня ненавидеть. Мои ботаны решили пойти по протоптанному пути ненависти. Жаль. Я осталась одна. Только Лука с удовольствием разговаривал со мной. Только он, не имея возможности встать на ступень рядом, оставался надежной опорой. Я была ему благодарна.