Флермонд. Бал цветов

– Нет, дорогая, нет, конечно, – поспешно запротестовал герцог. – Как тебе угодно.

Жорж прекрасно знал, что род его эмоциональной супруги не зря прозван Изменчивым, и предпочитал не спорить. Благородный герцог, как огня, боялся гнева своей нежной герцогини и капризов любящей дочери. Поэтому всегда соглашался с ними, качая большой круглой головой.

– Кстати, о везении в любви! Все знают чудную историю о том, как один мой предок, тоже граф, потерял голову от любви к прекрасной Маргаритке? – напомнил Гиацинт.

 – Это произошло в 1573 году.

– Здесь, в Париже?

– Разумеется.

– Как романтично! – Жербер с восторгом слушала, машинально тасуя карты.

– Но… он потерял голову в переносном смысле, разумеется? – с опаской спросила Гортензия.

– Увы, мадам, в буквальном. На площади Сен Жан ан Грэв, – серьёзно ответил Гиацинт.

– Какой ужас! Но, вероятно, та Маргаритка была из королевского цветника? – полюбопытствовала Георгина.

– Гораздо хуже, дорогая герцогиня, это была сама королева.

– О! – раздался общий вздох. Все вспомнили, о чём говорил Гиацинт, и обсуждали, стоит ли любовь королевы жизни?

– А вы, милый граф, не являетесь ли потомком той жгучей страсти? – лукаво спросила Гербера.

– Надеюсь, нет. Мне с головой хватает побочного, зато законного родства. Но мой папа приложил немало усилий, чтобы выяснить это, – улыбнулся Гиацинт. – Именно в честь этого дальнего предка я тоже – Гиацинт-Бонифас, хотя мои запросы много скромнее[5 - Истинная правда, ведь в романе А.

Дюма "Королева Марго" влюблённого графа де Ла Моль действительно зовут Жозеф-Бонифас-Гиацинт. Не уточняя мотивы Великого Дюма, чья бабушка родилась на острове Роз в Карибском море, и не углубляясь особо в борьбу за престол Флорентийских Ирисов Медичи и Французских Трёх Лилий, и даже не пытаясь намекнуть, что Бог с ними, с Маргариткой и её возлюбленным, но стоит представить, имя графа де Коконаса как Coco nuss, мы тут же получим кокосовый орех, так вот, не принимаем во внимание все подобные абсолютно случайнейшие совпадения, но…].

– Как поживает герцог Провансальский, ваш уважаемый батюшка? – осведомилась мадам Жербер. На ее лице слишком явно промелькнуло: "Какой мужчина!"

– Вполне благополучно. Мама строго следит, чтобы он хоть иногда выбирался из своего кабинета, раскопав завалы счетов по делам провинции, и совершал конные или пешие прогулки. Иначе угрожает не кормить обедом! Ладно, сдавайте… Сыграем ещё раз.