Хранительница ночного колодца

Белоснежная бархатная кожа, утонченные черты лица, милый и нежный голосок, все это наводило на людей наваждение, от чего они становились беспомощными перед ней. И хотя она выглядела на тридцать лет и называла себя «Белой ведьмой», на самом деле ей было далеко не тридцать, а уж тем более назвать ее доброй, светлой и несущей свет в этот мир, у Алевтины Прокофьевны язык не поворачивался.

– Мы уж думали ты не прийдешь, – ухмыльнувшись сказала белая ведьма

В ответ она лишь молча кивнула, и спросила:

– Так зачем же вы меня позвали?

– Ты нас подставила и подставила наше сообщество.

– С чего это вдруг я подставила вас и наше сообщество, разве я ходила и говорила про нас с вами?

– Ты усыпила целую деревню! И… потому ты должна понести наказание, своей кровью.

– Да я это сделала, но я не видела … в прочем не важно. Не вам меня судить! – озлобленно ответила ведьма

– Не нам?! Ты кем себя возомнила? – в гневном крике спросила белая ведьма.

– Судьба, Жизнь, Кредо, Повелитель самого Таамы, ну или перед Создателем в конце концов.

– Я, старшая ведьма…, впрочем, ты уже выбрала свою участь!

Сказав, белая ведьма протянула дубовый деревянный посох к небу, а красный камень, что украшал наконечник посоха засиял алым цветом. Как вдруг с неба ударила сильная молния напротив заклинательницы прямо в Алевтину Прокофьевну, но она перед мгновением удара молнии, успела стукнуть посохом об землю, как вокруг нее появился щит. Ведьмы, что стояли вокруг были в изумлении, но в тоже время на них накатил страх.

Так как не было ведьмы, что могла устоять или хотя бы отразить столь сильное и могучее заклинание. Их успокаивало лишь чувство большинства.

– Видишь, ты даже не можешь своими силами меня поразить, а говоришь о наказании.

Верховная ведьма понимала, что сама она не сможет исполнить свой замысел и потому она решила призвать своего хранителя. Лишь подумав об этом, у нее за спиной возник черный густой туман и из него начал появляться демон, сидящий на троне. Когда он выходил из тьмы, казалось, что сама ночь расступается вокруг густого черного тумана.

Деревья трещали по швам, ветки будто от сильного ветра кряхтели, изгибаясь в разные стороны и было ощущение того, что сама тьма поглощает весь свет вокруг. Сначала появилась черная костлява нога, похожая на человеческую, она была настолько худая, что можно было увидеть сильные мышцы, окутывавшие его ногу. Затем появилась вторая нога, потом его худые черные покрытые мехом руки с длинными острыми когтями.