Вершители реальности

Наконец она вышла из оцепенения, тяжело вздохнула и произнесла престранную фразу:

– Что не может быть представлено через другое, может быть представлено через самое себя. – Она резко поставила чашку на блюдце – блюдце зазвенело – и так же резко встала и вышла вон.

Пока она направлялась к двери террасы, маленькая слезинка блеснула и тут же исчезла в сиянии горящей свечи, и Аркадий Маркович увидел в этом взгляде новую сторону характера спутницы, которая была ему незнакома. Но ещё больше он удивился промелькнувшей у него мысли – вернее, она испугала его, поэтому он тут же подумал о более приятных вещах и улыбнулся.

– Вопросов сегодня не последует, – тихо сказал он себе и спокойно продолжил прихлёбывать маленькими глотками уже остывший чай, наслаждаясь брачным концертом лягушек.

Этой ночью отец Арсена решил хорошенько поработать, чтобы подготовиться к важному коллоквиуму в медицинском институте Гарварда.

…Светало. Зазвучали соловьиные трели, Аркадий Маркович вышел на террасу, чтобы насладиться утренней свежестью и отдохнуть, как у него обыкновенно водилось.

Он увидел свет в окне рабочего кабинета жены и решил зайти. Открыв дверь, он увидел, что она напряжённо работает.

«Только преодолевая себя, воспитываешь волю и укрепляешь характер. Лучше не отвлекать…» – пронеслось в его голове, и дверь захлопнулась.

Звук захлопываемой двери отозвался глухим шумом и скрежетом в голове Арсена…

Глава 5

Саvе саnеm[27 - «Берегись собаки».]

…Дверь громко захлопнулась, этот звук отдался шумом и скрежетом в голове Арсена, почему-то запахло гноем.

Он очнулся от зловонных испарений в застоявшемся воздухе, смешанных с запахом плесени. Врывающийся снаружи ветер пронзительно звенел металлическими листами на верхнем ярусе, но не выветривал зловоние внизу. Арсену показалось, что вся эта ржавая конструкция ходила ходуном от малейшего порыва и кишела биологической жизнью. От одной мысли о близости каких-то тварей Арсена затошнило. Взорвалась резкая боль в животе. Он с ужасом понял, что по нему ползает рой, напоминающий мух. Ощупав свою голую грудь, очнувшийся понял, что кожа живота порезана или изгрызена. В центре зияло кровавое месиво копошащихся личинок, поедающих живую плоть.

Превозмогая боль, он нащупал кнопку катапульты и нажал на неё. Система не отвечала.

«Всё понятно. Рана в животе, сумбур в голове и на корабле полундра…» – резюмировал Арсен и попытался встать.

Ноги слушались с трудом.