Вершители реальности

И вы вправе спросить: «У кого?» У раннего палеоантропа! Мы долго не понимали – почему? Так вот, ответ пришёл гораздо позже. Так родилась псевдотеория «сильного психологического следования». Генетическая память не дала активировать код – мы оказались в тупике. Но по прошествии времени я понял, что был нащупан фундамент чего-то необычного и исключительного. А ответить более полно нa поставленный вопрос – не в области моей компетенции. Это, так сказать, истина, помноженная на сомнение, относящаяся к разряду догадок.

Кроме того, прошу заметить, что вопрос слишком масштабный и полиморфный.

Профессор охватил колено руками и обвёл зал хищным взглядом:

– Я полностью согласен с оппонентом – понимание действия зависит от знания его причины и заключает в себе последнее. Причина в данном случае достаточно чётко обозначена, но, в свою очередь, могу лишь предложить долю скептицизма, которая экономит время…

Присутствующие с затаённым дыханием следили за каждым жестом оратора.

В их взглядах можно было прочесть, что они заранее догадывались о том, что скажет профессор.

– С одной стороны, в нашем деле оригинальность ценнее, чем правота, – элемент абсурда должен присутствовать в науке тоже, не спорю, – продолжал председатель комиссии. – Довольно долго мы изучали природу вещей через финансовые либо информационные отношения виртуальных миров. Возможно, пришло время начать изучать сущее через призму «сильного психологического следования».

Понять причины зарождения трансценденции в генетических слоях. – Он замолчал, почесал подбородок и замер, наслаждаясь собственными словами.

Новая напряжённость овладела залом, и все присутствующие невольно попытались проникнуть в ментальное пространство профессора Климана. Ответа не последовало. Воцарилась звенящая тишина. Ассистент профессора Мелькина – Арсен Аркадьевич-Робертович Волошков – заметил отсутствие реакции оппонентa и попытался привлечь его внимание.

– Вы нисколько не осуждаете моё видение положения вещей, и даже наоборот, подчёркиваете необходимость встречного шага? – осторожно спросил он.

– Первой обязанностью председателя комиссии, как я понимаю, является высказывание слов чистого убеждения, как бы горьки они ни были, – извольте. Как известно, ни одну проблему нельзя решить на том же уровне, на котором она возникла, – продолжил профессор Климан с большим энтузиазмом.