Волжанка. Операция «Ельцин»

 – Машину в вас и не признать. Будь я помоложе… ух! Повелся бы…

– Седина в бороду, уважаемый профессор Трейстер, а бес в ребро! – злорадно ухмыльнулся профессор Бехтерев. – Но вот что интересно… На сколько я знаю… Код два нуля присваивается элитным сотрудникам разведслужбы, которые при выполнении задания имеют право совершать убийство. А как же Кодекс законов робототехники?.. Не причини вреда человеку, иначе говоря, не убий…

– Любые законы имеют поправки, – пожал плечами профессор Денисов.

– На автоматизированных агентов всех служб охраны, в том числе и киборгов-спецагентов, – лукаво ухмыльнувшись, подтвердил генерал ФСБ.

 – Эти законы не распространяются, Владимир Анатольевич. Поправка к вышеупомянутому вами же закону гласит… Робот не может причинить вред человечеству или своим бездействием допустить, чтобы человечеству был причинен вред. И как следствие из этого, если кому-то или чему-то в государственных интересах, разумеется, грозит опасность, робот обязан предотвратить это любым способом и любой ценой.

– Жестоко, – недовольно хмыкнул профессор НИИ «Время».

– В нашей работе не без этого, Абрам Исакович, – согласился Сергей Алексеевич.

– А цифра двадцать один что значит? Личный номер? – снова спросил профессор Бехтерев. – Иначе говоря, таких же агентов существует еще двадцать штук, или даже сверх того?

– Совершенно верно, – сказал генерал Малиновский. – Кроме того… видели бы вы «Волжанку» в ином облике, так сказать, в рабочем, таких вопросов бы не возникло.

Впрочем, эта информация не для ваших ушей. Поймите и простите.

– Так это и есть та самая героически известная узкому кругу «Волжанка»? – спросил генерал ФСБ Завадский. – Или существуют другие модели из этой… так сказать, серии?

– Никак нет, Степан Федорович, – ответил хозяин кабинета. – Серийного выпуска конкретно этой модели не было и не будет. «Волжанка» такая одна, но одна стоит тысячи профессиональных киборгов государственной и федеральной служб безопасности!

– Дорогая игрушка, – слащаво улыбнулся Абрам Исакович.

 – И что же вы, Вольга? Давно служите?

– Я служу с первого дня после выпуска и передачи в эксплуатацию. Вот уже тридцать земных лет.

– Награды, ордена, регалии… не знаю даже, что еще… грамоты какие-нибудь имеете? – продолжил расспрашивать красивую собеседницу престарелый профессор. – Звание, в конце концов?

– Никак нет, – ответила девушка.