Неумерший

Я глядел на неё, слегка оторопев, а она вдруг принялась отчитывать меня, как ребёнка. «Ну выбрось ты уже свои пики, – ухмыльнулась она, повернувшись ко мне спиной. – Не то всю живность здесь распугаешь».

Ещё немного поколебавшись, я воткнул копья в песок. Затем колдунья жестом подозвала меня к себе, и я опасливо подошёл, не ожидая ничего доброго. Она по-хозяйски переворачивала камни и гальку, орудуя небольшим ножом, чтобы отделить от них раковины моллюсков. Не удосужившись разогнуться, она спросила:

– Ты уже рыбачил на песке?

– Мне приходилось рыбачить на реке, но так – ещё ни разу.

– Ты не из этих краёв?

– Нет, я из Аттегии.

– Из Аттегии? Где это?

– Далеко отсюда, по правую сторону от битурижского королевства, на границе с арвернскими землями.

Она присвистнула:

– Да уж! Не близок свет!

– Ну, по правде говоря, я родом из ещё более дальних мест, с амбронской заставы.

– Значит, рыбак из тебя никчёмный.

Я еле сдержался, чтобы не вскрикнуть, возразить ей, что я был воином и охотником, но не знал, как вести себя с ведьмой, поэтому большим усилием умерил свой гнев.

– Не беда, – протрещала она, словно старая сорока, – я тебя научу.

Не разогнувшись до сей поры, она стала описывать моллюсков, перечисляя их названия. Я запомнил только букцинумов да литторинов, напоминавших улиток, но совсем запутался в венусах, венерках, мидиях, петушках и морских ушках. Старуха разъяснила мне, что некоторые ракушки зарываются в песок, а другие живут на поверхности, однако часть собранных мною моллюсков она выбросила из корзины, ворча, что наведу на неё хворь.

Я никак не мог понять, что со мной происходило: я ждал встречи с тайнами и опасностями, а оказался здесь, влачась по мокрому песку и слушая упрёки, как дитя. Быть может, всё это было просто волшебным фокусом: я настолько растерялся, что не ведал даже, как себя вести – гневаться ли или подчиняться. И послушно продолжил своё занятие.

И пусть я был сбит с толку, но всё же не терял бдительности.

Вскоре я заметил на берегу брошенную одежду, придавленную камнем. Я перевёл взгляд на океан, задаваясь вопросом, кто мог плавать в такой студёной воде. Старуха сразу же заметила моё любопытство.

– Ты спрашиваешь себя, куда делась моя сестра, – вымолвила она, не прекращая собирать ракушки.

– Я увидел её платье на берегу.

– Действительно, для того, чем она занята, оно ей без надобности.