Братство камня

В это мгновение гладкие листочки, свежесть ветра, доносившиеся издалека детские крики составляли единственную подлинную реальность, и даже воспоминание о фон Кейне не могло испортить прелести момента. Лейтенант начал рассказывать:

– Когда я стажировался в инспекторской школе, меня как магнитом тянуло в Сорбонну, послушать лекции на филфаке. Вечером я приходил сюда, в Люксембургский сад. В те времена мне казалось, что я избежал природного катаклизма – не стал безработным. Но меня настигла другая, куда более страшная, катастрофа.

– Какая именно?

Он развел руками:

– Полное безразличие парижанок. Я гулял по парку, смотрел, как они сидят на железных стульчиках, читают, изображая гордую неприступность, и думал: «Как же тебе, братец, с ними заговорить? К таким подойти – и то непросто!»

Губы Дианы дрогнули в едва заметной улыбке:

– Нашли ответ?

– Увы…

Она наклонила голову к плечу и произнесла доверительным тоном:

– Сегодня проблема решается просто: на крайний случай можно козырнуть удостоверением.

– Что да, то да. А еще лучше – заявиться сюда с командой и всех повязать.

Диана расхохоталась. Они шли к воротам, выходящим на улицу Огюста Конта. Дальше сад суживался, посетителей здесь было гораздо меньше. Ланглуа спросил:

– Как дела у Люсьена?

– Ему и правда лучше. Пульс в руках и ногах хорошего наполнения.

– Невероятно!

Диана не позволила ему продолжить:

– Жизнь. Смерть. Вы мне это уже говорили.

Ланглуа усмехнулся.

Вид у него при этом был ужасно хитрый и по-детски обаятельный. Сыщик посерьезнел:

– Я хотел сообщить вам новости. Мы установили личность таинственного доктора. Фон Кейн – его настоящее имя.

Диана спросила, постаравшись скрыть нетерпение:

– Так кем же он был?

– Доктор сказал вам правду: он был главным анестезиологом детской хирургии больницы «Шарите»[3 - Знаменитая больница «Die Сharite» в Берлине.]. Гигантское заведение, вроде той клиники, где лежит ваш сын.

Кроме того, руководил кафедрой нейробиологии в Свободном университете Берлина. Фон Кейн проводил коллоквиумы по проблемам нейростимуляции и ее связи с акупунктурой. Сами видите – звезда первой величины.

Диана вспомнила, как седовласый великан стоял в полумраке палаты перед кроватью ее сына и вкручивал иголки в его тело.

– Где он научился технике иглоукалывания?

– Точно не знаю. Но в восьмидесятых доктор провел около десяти лет во Вьетнаме.