Лес мертвецов

Темнота была созвучна настроению Жанны, с радостью погрузившейся в эту глубину, в эту густоту.

Феро продолжал голосом, который словно напитался вечерним сумраком:

– Главное – ежедневно, ежеминутно любить свое дело.

– Нет, – не задумываясь отозвалась она. – Главное – это любовь.

И тут же закусила губу от досады, что сморозила подобную глупость.

– А вы знаете, что вы совершенно по-особому говорите «нет»?

– Нет.

Феро рассмеялся от души.

– Вот опять вы это сделали. Вы чуть-чуть поворачиваете голову, но не до конца.

– Все потому, что я не умею говорить «нет». Никогда не дохожу до конца.

Он ласково взял ее за руку:

– Никогда не говорите это мужчине!

Она покраснела. За каждой репликой следовала короткая пауза. Пауза, состоявшая из смущения и удовольствия. Так ласково с ней не говорили уже… Уже слишком давно!

Она постаралась задержать это мгновение, поддержать разговор, не утонув в блаженстве.

– Ну а как вам вся эта стирка? – через силу спросила она.

– Какая стирка?

– Вы ведь стираете грязное белье своих пациентов, верно?

– Да, можно и так сказать.

Эти слова показались ей хорошим знаком. Ни жены. Ни детей. Она уже жалела, что солгала ему. Ведь то же самое она могла бы сказать и о своей работе. Два увлеченных профессионала. Два свободных сердца.

– Вы могли бы назвать главную причину этой своей страсти?

– Вы подвергаете психоанализу психоаналитика?

Она молчала, дожидаясь его ответа.

– Думаю, больше всего мне нравится, – сказал он наконец, – быть в центре всего механизма.

– Какого механизма?

– Механизма отцов. Отец – ключ ко всему. Его тень всегда лежит в основе личности ребенка, его поступков и желаний. Особенно в том, что касается зла.

– Боюсь, я не совсем вас понимаю.

– Представьте себе настоящее чудовище в человеческом обличье. Существо, которое и человеком-то не назовешь, настолько ужасными представляются его поступки. Например, Марка Дютру.

Жанна кивнула. Если бы Дютру орудовал в Иль-де-Франс, ей бы, возможно, пришлось вести его дело.

– Нам не понять действий такого преступника. Он уморил голодом девочек, которых держал в подвале. Он их насиловал. Торговал ими. Некоторых закопал живыми. Этому нет оправдания. Но если вы пороетесь в его истории, то найдете там другое чудовище – его отца. У Марка Дютру было кошмарное детство. Он и сам жертва. Таких примеров сколько угодно.