Сон о белом городе

– Должно быть, оставивший нас гросс-канцлер и не предполагал, что открытие третьего фронта станет для держащейся на последнем издыхании и верности фанатиков империи точкой невозврата, – усмехнулся предательскому самоустранению регента Сарджерт, после чего добавил вслух несколько возвещено: – Сколь громки были первые парады, победы и триумфы, столь горестно обернулись последние поражения: оставление Галиции, прорыв атлантического вала, крах балканской холодной войны.

Ролан оставил машину и вдоль отвесного обрыва серпантина за мраморным парапетом направился к аллее рукотворных деревьев, выведенных в лабораториях восьмого центра астроэкологии.

Всякий раз оказываясь у двухцветных крон гибридов, герою казалось, что все эти цветочные деревья сошли со страниц какой-то детской сказки, обладая неестественно выверенной формой и идеальными пропорциями, они не имели отличий друг от друга, все равно что клоны. Необычайная красота не стала спасением для редких рукотворных деревьев: огненная волна варварского ракетного удара оголила благородную аллею, и на земле, выстлавшись ковром, лежали сорванные цветы, лепестки которых налились красным и пепельно-белым.

Кабель под ногами Сарджерта тянулся вдоль рядов погасших навечно фонарей, теряясь в пестрых пятнах, прямо к стволам деревьев, ведь согласно генеральному плану ликвидации объекта, составленного им на совещании с комендантом и начальниками отделов, аллею предписывалось взорвать.

Доктор теперь даже представил, как после подрыва на месте развалин института «Сант-Гофф» молчаливым напоминанием об их существовании останутся только сорванные цветы искусственно выведенных деревьев.

– Красные пятна под ногами так сильно напоминают рубины бездонных глаз Амалии, а опавшие цветы – пьянящий аромат в вишневом саду, где было так прекрасно проводить долгие вечера, – пронеслось в мыслях героя, когда он приблизился к молчаливому белому мрамору продолговатой смотровой площадки, что хранила память о спокойных днях института.

Ролан спустился к деревьям, из-за которых завидел вдали отчетливо полосу бескрайнего моря, волны которого бились о побережье, даже безмятежные морские чудовища у длинной песчаной косы фарватера выглядели теперь иначе, как следы прошедших когда-то давно сражений, словно бы вся эта бойня завершилась уже несколько веков назад.