Сон о белом городе

Доктор Сарджерт вдруг поймал себя на мысли, что все, начиная с сегодняшнего утра после пробуждения, кажется ему совсем ненастоящим, словно бы сегодня он проживал первый день своей жизни или попросту сошел с ума. Он никак не мог найти себе места, даже когда неспешно зашагал по коридорам, пока не остановился напротив нескольких газовых камер, что были похожи более на телефонные будки довоенных эпох. Всего один десятисекундный сеанс позволял выбрать любое настроение на целый день, словно бы сделав заказ из меню ресторана, или полностью убрать усталость благодаря перепрограммированию компьютеризированных участков мозга, также газ позволял переписывать и удалять воспоминания.

Ролан был осведомлен, что посещение подобных машин для многих является обыденным делом, точно таким же, как еда и отдых, хотя газовые камеры позволяли не тратить время на сон вовсе, но в этом было мало смысла, ведь бессмертие позволяло никуда не торопиться.

– Блаженный газ дарит суррогатное чувство облечения, лишая возможности получить эти эмоции самостоятельно, пусть даже избавиться от воспоминаний можно выборочно, пусть даже это и не несет вреда, пусть даже личность остается неизменной и не утрачивает индивидуальности.

Но, если запереться в этой камере на целую вечность и, пребывая в иллюзиях и грезах, строить воздушные замки, разве будет ли это все еще жизнью или уже станет ее суррогатом? – задавался вопросом Ролан, длинный коридор перед ним был совершенно безлюдным, на потолке висели и переливались янтарным блеском десятки ламп с тонким мнимым пламенем внутри, что отражались в глянце зеркал, словно свечи в сводах готического храма.

Помещение показалось герою в красном фальшивым, точно он оказался на пороге кроличьей норы, сошедшей со страниц одной знаменитой довоенной сказки. Блики навесных огней над головой Ролан сверкали подобно звездному небу, отражаясь кафельной мозаики стен, что напоминали скорее сетку, откуда у угодившей туда жертвы уже не было выхода.

– Я уже видел эту картину однажды, далеко отсюда, – нечто неясное сорвалось с уст доктора Сарджерта, когда завораживающее мерцание мнимых свечей превратилось в красочные сполохи от разрывов ракет в ночном мареве, а затылок мгновенно отозвался чем-то теплым.

Волна спасительного спокойствия распространилась по всему телу доктора.