Катализатор смерти

Но сейчас ничего там не маячило! Только шерсть до самого неба! Я потряс головой, потёр глаза…

– Игнат, ты чё отстаёшь?

Я засунул «шерсть» в карман и подбежал к отцу – он уже держался за калитку Валеркиной дачи. Ноги его мелко колыхались, как на пружинах.

– Пап, похоже, никого нет.

– Молчи! Иди за мной.

Из-за соседнего забора показалась рожа с растрёпанными волосами и испуганными чёрными глазами.

– Слышь, а где Валерка?

– Нет его, и не приезжал. Замок на воротах.

– Та-а-к… Вижу, что замок, – зло огрызнулся отец.

Видно, что черноглазый был назначен виновником отсутствия Валерки. Растрёпанная голова поспешила скрыться за деревяшками забора. Вдали послышались мужские голоса. Отец взбодрился, на его лице даже заиграла улыбка.

– Это ж Санёк! Зайдём-ка к нему!

Не то что бы я не был в Валеркином «аппендиксе», то есть тупичке, куда выходили заборы нескольких крайних дач. Но, видать, был давно и рассмотрел всё невнимательно. Или вообще не рассматривал. По крайней мере, ничего тут не узнавал.

Дома какие-то… не как дачи, а старинные – в смысле, как старинные, очень похожие на старинные дома в центре, в старых районах нашего города. Не любые, конечно, а которые памятники архитектуры. Нас в школе водили.

Ну, учителя в школе придумали нам эти дома показать, специального историка пригласили. Мы-то живём не в центре, а школа рядом, и, понятно, тоже не в центре. Оказывается, этим домам по сто и больше лет. Офигеть, как давно строили! И строили их не так, как сейчас.

В общем, интересно было послушать.

Но вот что действительно интересно – как хозяева построили эти дачи? Наверное, разбирали старые дома – которые не памятники, потому что памятники охраняют, перевозили кирпичи сюда, и собирали как было. Ба-лин, какой это гемор. Но красиво!

Ведь старинные дома все с какими-то, ну, не знаю, как их. С украшениями, выступами. А кирпичи – видно, очень старые, очень. Заборы из толстых прутьев тоже старые, чугунные. Часть даже не установлена – их прислонили к воротам и столбам.

Ржавые какие-то, облезлые, смотреть противно. И всё равно припёрли! Людей я нигде не заметил.

– Пап, а как они эти дачи строили? В городе старые дома разбирали, а здесь собирали как было?

– Чё?.. Чё ты несёшь! Щас вообще молчи, я с Саньком поговорю.

Голоса становились всё громче, и вскоре из-за вишнёво-сливовых зарослей в конце аппендикса нарисовались две фигуры – одна была ну просто огромных размеров.