Русалочка с дипломом

Фабрика напоминала дьявольский орган с сотнями металлических труб, которые уходили в необозримую высь. Эти трубы вибрировали и клокотали, грозясь рассыпаться на части. Вода вокруг них была мутной, тревожной и колышущейся.

– Не бойся, – подбодрил Конёк. – Это по ним спускаются товары от наземных людей к нам на Дно.

– Товары с суши? – удивилась Шелья.

– Да. Подробностей я не знаю, на фабрике тебе расскажут, – сказал наставник. – Удачи!

– Погоди… Ты не поплывешь со мной? – испугалась Шелья.

– Прости, но мне запрещено, – сказал Конёк.

Он ткнул хвостиком в оранжевый знак, висящий на сетчатом заборе.

Там был нарисован скелет рыбки и подпись: «Мелким существам вплыв запрещен. Может заглотить пузырём или унести в трубу».

– Я вернусь за тобой вечером, – пообещал Конёк. – Покажу квартиру, где ты будешь жить.

– Ладно. До встречи, – натянуто улыбнулась русалочка.

Она помахала Коньку рукой и заплыла на территорию, огражденную сеткой.

– Кто такая? Зачем? По какому вопросу? – из дверей здания выбежал фиолетовый краб с трещиной на панцире.

Он тараторил так быстро, что Шелья еле разобрала.

– Я… получила направление на работу, – робко произнесла русалочка и протянула крабу листок.

Он схватил его клешнями, просмотрел глазками бусинками и улыбнулся.

– Новая русалочка-упаковщица! Ура! Как кстати! Добро пожаловать! Меня зовут Бартон! Я – личный помощник владелицы фабрики, – скороговоркой произнёс он, не переводя дыхания. Видимо, Бартон никогда не слыхал о паузах и знаках препинания.

– Хо…хорошо, – выдавила Шелья, не зная, на какую именно реплику отвечать.

– Ты так вовремя! Нам нужны новые руки!

«А что вы сделали со старыми?» – подумала Шелья.

– За мной! Представишься хозяйке! – Бартон побежал в здание, дробно перебирая ножками. Манера его ходьбы была такой же суетливой, как и речь.

Русалочка поплыла следом. Они пронеслись по узкому коридору, повернули направо, потом налево, потом снова направо… И наконец упёрлись в высокую дверь, облепленную морскими звёздами и улитками.

Бартон постучал клешнёй по раковинам трёх улиток: розовой, бирюзовой и синей. Улитки втянули рожки. В механизме двери послышался щелчок и она отворилась.

Бартон боязливо заглянул в кабинет и пролепетал:

– Мадам Панцирница. Тут… прибыла новая работница, – сообщил он.

– Пусть вплывает, – послышался грубый и низкий женский голос.

– Вперёд, – Бартон вернул русалочке направление, втолкнул в кабинет, а сам удалился, закрыв за собой дверь.