В одну реку дважды

Лиц друг друга под шлемами они не видят, но любовь вспыхивает заочно, так сказать, с первого рыка мотоцикла.

Зал стонал и плакал от смеха и несколько раз замирал то от ужаса, то от восхищения. Один раз, когда я вышла, волоча ноги и швабру. Зал затих, а после секундной паузы просто умер от хохота – такую Золушку вряд ли кто-то мог представить. Зато, когда я въехала на сцену на рычащем мотоцикле в кожаных обтягивающих брючках и сдернула шлем с головы, зал дружно ахнул. Вилька постаралась и нарисовала мне такие глазищи, что они просто не умещались на лице, а в сочетании с копной волос, струящихся по спине, и обрызганных к тому же блестящим лаком, эффект был потрясающий.

Сцена примерки байкерской перчатки, потерянной Синдереллой, прошла, вообще, под безудержный хохот. У Лариски оказался редкостный комедийный талант. Натянув все-таки перчатку на ручку своей дочери, мачеха перекинула несчастного принца через сиденье мотоцикла и поволокла жениться. Бледный принц растеряно выслушивал отцовские наставления: «Ты это, сынок, типа за базаром следить надо».

«Ну что же теперь делать-то, папа?» Папа скреб в затылке и теребил золотую якорную цепь на груди: «О, – поднял он палец с золотой печаткой, – красавица, ну-ка, прокати меня. Давненько на мотоцикле не катался». Надо ли говорить, что, когда предполагаемая невеста погребла папулю под мотоциклом, а сверху навалилась всей массой Лариска, зрители сползли с кресел и вывалились в проход от смеха.

И это был несомненный успех.

Вилька сияла счастливым лицом и все никак не могла оторваться от толпы поклонников, обступивших ее со всех сторон. Я издали помахала ей рукой и пошла на выход. Мне срочно нужно было проветриться. Лицо под гримом уже чесалось и хотелось скорее добраться до дома, но судьбе было угодно иначе.

Не успела я выйти за ограду нашего института, как кто-то сильно толкнул меня, больно припечатав к железным прутьям спиной.

– Ну вот и встретились, коза мичуринская, – сладко произнес голос над ухом.

Я отшатнулась. «Почему мичуринская?» – как-то не к месту подумалось мне, но, посмотрев на довольную физиономию парня, возражать, не стала. Парень со знакомыми ушками-пельменьками сиял, как будто сорвал джекпот в казино. Я оглянулась, ища пути к отступлению, но с другой стороны уже возвышался Вован. Видно, парни учли свою стратегическую ошибку и поменяли тактику – теперь они стояли почти вплотную, блокируя с двух сторон. Бежать было некуда.