В одну реку дважды

Близнецы-братья молча посторонились, уступая мне дорогу.

Встреча с прекрасным немного сгладила горечь расставания с Мариком. Я утешалась тем, что сделала доброе дело – может, на том свете зачтется.

– Надо было деньги взять, – убеждала Вилька.

– Не, я друзей не продаю, – отмахнулась я.

***

Следующий день я провела в приподнятом настроении, вспоминая веселую остроумную постановку. Права Вилька – надо чаще в театры ходить. Искусство – это вещь!

Где-то в конце рабочего дня в приемную вошел весьма импозантный господин, лет так пятидесяти с гаком.

Весь такой ухоженный от ногтей до волос, уже редеющих, но прошедших через руки явно хорошего стилиста.

– Здравствуйте, я к Сергею Петровичу, – он улыбнулся, показав, что зубы тоже не обошли вниманием.

Я тоже заулыбалась, всем видом демонстрируя радость от его посещения, и проводила в кабинет начальства.

Через какое-то время он вышел от шефа и подошел ко мне.

– У вас такая красивая улыбка и имя чудесное! – понес он стандартную чепуху.

 – Я, пожалуй, переманю вас к себе. Хотите?

– Спасибо, – включилась я в игру, – боюсь, Сергей Петрович меня так просто не отпустит. Он меня слишком ценит.

– А мы его уговорим, – Дядька подмигнул и ушел, вертя на пальце ключи от машины.

– Миронова, – раздался по селектору голос шефа, – зайди-ка.

Я зашла и ахнула – Сергей Петрович весь белый полулежал в кресле.

– Что с вами? – испугалась я.

– Так, сердце что-то прихватило. Коньячку со старым приятелем выпил и вот, – он кивнул на бутылку.

– Надо валидолу. Срочно!– я кинулась за аптечкой. – Может, врача?

– Да нет, отпустило вроде.

– Что ж это у вас и лекарства никакого нет. С сердцем не шутят, – укорила я.

– Да вот ношу с собой рецепт, а до аптеки не дойти.

– Да я сбегаю, – предложила я.

– Сбегай, – согласился шеф. – Рецепт возьми, завтра на работу принесешь. Давай иди прямо сейчас, я тебя отпускаю.

Я стала собираться, радуясь внезапно привалившему счастью.

Из-за неплотно прикрытой двери послышался голос Сергея Петровича: «Я тебя прошу, давай все обсудим. Спокойно. Она ни при чем, я уверен. Давай я сам поговорю…» Тут дверь захлопнулась, и больше я ничего не услышала. С женой ругается, бедный. Семейная жизнь у шефа была не сахар: особенные неприятности доставляла младшенькая дочурка-оторва. Сергей Петрович с женой резко расходились во мнениях по поводу воспитательного процесса.