Без шума и пыли

Высокий лощеный казах лет сорока, одетый в серый с искрой костюм, выскочил из стеклянных дверей и, легко сбежав по ступенькам, подал руку Ларисе.

– Какие люди – и без охраны! Ты, Ахмед, все молодеешь! Выглядишь, как новенький евро!

– Ты, дорогая, цветешь, как весенний тюльпан в степи! – рассыпался в комплиментах Ахмед, окидывая стоящую перед ним женщину цепким мужским взглядом.

– Я по делу! Сможешь принять наличку в большом количестве и перегнать за бугор?

– Ты, родная, кого хочешь до инфаркта доведешь! Много налички? – быстро спросил Ахмед, продолжая улыбаться.

– Лимонов десять зелени, – тоже быстро ответила Лариса, снимая несуществующую пушинку с лацкана безукоризненного серого костюма Ахмеда.

– Двадцать пять процентов мои! – приторно улыбаясь, произнес Ахмед, целуя руку Ларисе.

– Восемнадцать, – тоже улыбнувшись, произнесла женщина, поправляя белоснежный платочек в кармане пиджака управляющего банка.

– Договоримся на двадцати! Когда будут деньги? – скороговоркой спросил Ахмед, бережно поддерживая Ларису под локоток.

– Скорее всего, в субботу ночью или утром в воскресенье, – не меняя выражения лица, сообщила Лариса.

– За неурочное время придется добавить еще процент, – обрадовал управляющий, подходя к дверям.

Двое охранников выскочили изнутри и, склонившись в низком поклоне, широко открыли перед хозяином двери.

– Давайте пройдем в мой кабинет, дорогая! – громко сказал управляющий.

Идя по пустынному коридору, он оглянулся и сунул в руку Ларисы толстую пачку долларов.

На недоуменный взгляд женщины пояснил:

– Пока мы будем у меня в кабинете ленчевать, положишь эти деньги на предъявителя в моем банке. Ты же приехала в Челкент не просто так. Мне твоя машина нравится.

– Купи за полтинник, – предложила Лариса.

– Сорок.

– У тебя есть «фолькс». Давай его мне по доверенности и сорок пять штук.

– Договорились! – согласился управляющий банком, останавливаясь перед незаметной дверью посередине коридора.

– Это мой личный лифт, – пояснил Ахмед, открывая дверь своим ключом.

Они зашли в небольшую отделанную мореным дубом кабинку, дверцы автоматически закрылись, и лифт устремился вверх.

– Накройте на два человека на веранде! – попросил Ахмед, не повышая голоса.

Лифт остановился на площадке, на которую выходили три двери.