Тегеран-82. Побег

Я высунулась в открытое окно, чтобы родители не увидели слезы, которые я роняла на Тегеран.

И тут совсем рядом прогрохотал взрыв.

Завизжали тормоза машин, все вокруг заволокло черным едким дымом.

– Немедленно закрой окно! – закричала мама.

– Не паникуй, Ирина! – тихо сказал папа строгим голосом, резко свернул из мгом образовавшегося «шулюха» (пробка – перс.) в какой-то тихий переулок и через пять минут мы уже мчались дальше к вокзалу, объехав охваченную паникой зону взрыва.

Уже на вокзале мы узнали, что при этом взрыве в центре Тегерана погиб Раджаи – новый президент Ирана, недавно сменивший на этом посту сбежавшего Банисадра, и его премьер-министр Бахонар.

Я плакала и не хотела даже близко подходить к поезду. Мне было страшно оставлять в Тегеране родителей и брата. И я была уверена, что с ними ничего не случится, если рядом останусь я.

Вместе с подоспевшей парой из ГКЭС родители, применяя всевозможные методы от увещеваний до угроз, еле-еле уговорили меня зайти в вагон. Их улыбающиеся лица заставили меня немного расслабиться.

Мне всегда казалось, что если человек улыбается, значит, ничего особо страшного не случилось. И наоборот: человек не может улыбаться, если рядом происходит что-то плохое. Родители это знали, вот и улыбались старательно, во весь рот.

– Ну все, будь умницей! – сказал папа, целуя меня в макушку. – Помни, мы тебя любим и гордимся тобой!

– И помни, что нельзя быть болтушкой! – добавила от себя мама. – Болтун – находка для шпиона! Захочется с подружками языком почесать, лучше какую-нибудь ерунду выбалтывай, а не то, что важно на самом деле.

Моя мама всегда умела сделать так, что вместо грусти начинаешь злиться.

Но в тот раз это оказалось кстати. Я на нее разозлилась и только поэтому не выскочила из поезда. Тут он как раз заскрежетал колесами, всем своим видом показывая, что вот-вот тронется.

Родители вышли на перрон, стали махать и уж там моя мама дала волю слезам. Утешать ее было поздно: поезд еще раз дрогнул, грозно громыхнул всем своим железным составом и тихо пополз прочь от такого страшного и такого любимого мною Тегерана.

*      *      *

Это был обычный иранский состав, отправлявшийся с центрального тегеранского вокзала и уходивший на север – в Табриз. Но «наш» поезд ходил только раз в неделю, когда к составу прицепляли три неприметных вагона. Снаружи они ничем не отличались от других, но изнутри оказывались «СВ» – вагонами международного класса.