Так не бывает!

– Но…

Святослав боялся этого «но» Леггермана, оно могла означать только одно: что он колеблется, заключать ли контракт. Внутри у парня всё упало. Оксана, облизнув губы и убрав досадное недоразумение, включилась-таки в разговор и наконец была услышана рекламодателем для самих рекламодателей.

– Вы сами можете прийти и посмотреть на то, что из себя представляет новый проект Святослава, – произнесла она и добавила: – Если сомневаетесь.

Эдуард уничтожающим взглядом посмотрел на креативного директора.

– Я никогда не сомневаюсь в своих решениях, – отчеканил он и запил свою обиду дистиллированной водой, такой же непонятной субстанцией, как и сам Леггерман.

– Оксана имела в виду, что тебе самому бы следовало увидеть, – пояснил Святослав и от досады тоже выпил безвкусную воду и, обратившись к невесте, настоятельно попросил: – Дорогая, тебе просто необходимо попудрить свой носик.

– Я не… – начала было она.

Но в ответ он так выразительно посмотрел на неё, что перечить больше она не смогла, и поэтому, хмыкнув, поднялась с места и продефилировала прочь от столика, неистово виляя пышными бёдрами. Леггерман старался изо всех сил не пялиться.

– Может, теперь поговорим? – произнёс парень, поправляя волосы.

– О чём? Ты хочешь уломать меня ввести рекламу на один твой проект, я читал о нём, и мне твоя авантюра не внушает доверия, – произнёс он довольно-таки жёстко, решив отбросить кокетство и поговорить начистоту, но в глазах промелькнула эмоция, которая натолкнула Королёва на мысль, что здесь что-то нечисто.

– Да брось, Эдик, это же я, Слава, – он широко и обезоруживающе улыбнулся.

– Вот именно поэтому, это ты, я и сомневаюсь, – твёрдо произнёс платиновый блондин, откидывая назад длинные волосы.

Святослав надул губы и произнёс:

– А если бы это был проект Миши?..

– Мой подход ни к кому из вас двоих не был принципиальным…

– Однако же ты поверил ему… ну тогда, и дал рекламу в его программу, – упрекнул парень Леггермана.

Тот сверкнул своими глазами и, приблизившись к лицу Святослава, произнёс:

– За него поручился Белый.

Святослав вспомнил типа, которого только что упомянул Эдуард и его передёрнуло, он сжал ладони в кулаки:

– Вот кому я не буду жопу лизать, так это ему.

– А мне значит… – начал было блондин.