Тегеран-82. Война

Папа посмеялся и сказал, что голод не тетка, а мой организм – не дурак, в военное время ему не до аллергий.

Как раньше мне нравилась довольно простая иранская еда, так и теперь пришлась по душе нехитрая «гуманитарка». Из всех московских вкусностей я скучала только по тети Мотиным домашним пирожкам с капустой. Хотя, кроме них, она готовила целую кучу того, чего в Тегеране совсем не было – мясо в духовке под сыром и майонезом, холодец, оливье, свиные отбивные, рулеты с маком… Но без всего этого я спокойно обходилась.

С началом войны закрылось не только мое английское отделение армянской школы, как ожидалось, но и все остальные. Из-за бомбежек школы в центре города временно прекратили работу. Месяца через два школа возобновила работу, но английского отделения в ней не стало.

Мама с новой силой заладила свою старую песню, ругая папу, что «по милости его дурацкой работы его дочь станет тегеранским дворником». Живописала, как я буду подметать Тегеран, напевая себе под нос на фарси, потому что ни на что иное мне не хватит знаний.

Знала б она, сколько дворников, напевающих на фарси, станут подметать ее родную Москву пару десятков лет спустя! Но тогда никто даже представить себе не мог, какие изменения ждут нашу Родину в ближайшее десятилетие.

– Даже до того, как советский строй ввел всеобщее обязательное среднее образование, – грозно вещала мама, – в деревнях и то заканчивали три класса. А ты ребенку и их не дал закончить! Даже в этом вашем Иране шахиня добивалась ликвидации неграмотности.

И что в итоге? Шахиню прогнали, а неучами останутся наши дети!

В этом духе мама пилила папу дня три кряду. Он ничего не отвечал и ходил задумчивый. А в один прекрасный день вернулся из посольства довольный.

– Я придумал, как побороть неграмотность отдельно взятых советских детей! – заявил он.

– В медресе, что ли, поведешь?! – съехидничала мама (медресе – исламская религиозная школа при мечети – перс.).

Папа рассказал, что к одному из наших дипломатов приехала из Союза его жена-учительница и рассчитывает пробыть с ним целый год.

В Москве Светлана Александровна, так ее звали, работает завучем школы и преподает русский язык и литературу. В Тегеране работы для нее пока не нашлось, но поработать она не прочь. Папа уже переговорил со Светланой Александровной, и она согласилась два раза в неделю приезжать к нам в бимарестан, чтобы заниматься с нами русским и литературой.