Тегеран-82. Начало

Снимок был как раз с празднования дня рождения Лейлы. Так я узнала, что она родилась в тот же год, что и я, только в марте.

Я еще удивлялась: всего на 7 месяцев старше меня – и настоящая принцесса!

Мама еще тогда заявила, что я и так бездельничаю как принцесса. А лучше бы я побольше занималась по советским учебникам и мечтала бы стать не принцессой-бездельницей, а образованным человеком.

Но мне все равно было интересно, как живут настоящие принцы и принцессы и их родители – короли с королевами.

На снимке шахской семьи мне больше всех понравился один из братьев Лейлы, с открытой такой улыбкой, он был гораздо симпатичнее мальчишек из нашего класса.

Из подписи под фото я узнала, что зовут его Али-Реза и ему 12 с половиной, прямо как нашему Артуру (см. сноску-8 внизу). С тех пор я всегда высматривала в англоязычных журналах, которые папа приносил из посольства, нет ли там чего новенького про Али-Резу? Если мне попадались его фото, я их вырезала и складывала в деревянную хохломскую шкатулку, которую мне прислала на день рождения бабушка.

Первые красавицы нашего класса, дочки советников посла, тут же предположили, что принцесса – страшная зазнайка, и договорились нарочно не отвечать на ее вопросы.

– Небось еще в короне припрется! – фыркала Юля, дочь советника посла по вопросам культуры. – Мы с мамой видели в журнале фото ее старшей сестры Фарахназ. На снимке она еще пешком под стол ходит, а на ней уже такая коронища, больше, чем она сама! Мама сказала, что потянет на бюджет маленькой африканской страны! (см.

сноску-9 внизу).

– Расспрашивать нас ей положено по протоколу, – со знанием дела вещала Леночка, дочка советника посла по дипломатическому протоколу. – А если мы будем молчать, для нее это провал, дипломатическое фиаско! Кто за бойкот этой дурацкой персидской принцессе?

Честно говоря, я не очень страдала, когда посольская школа закрылась. В нашей московской английской – по крайней мере, после поступления в нее – никто ежедневно не вспоминал, кто у кого папа.

В посольской школе изо дня в день папы незримо были с нами. Все дети были вежливы и безупречно воспитаны, но отношение к отпрыскам, к примеру, атташе посла и коменданта посольства неуловимо отличалось. Хоть мы и были совсем мелкими, но разницу эту чувствовали, и она влияла на наше отношение друг к другу и к окружающему миру.

На бойкот чужеземной принцессе согласились все, но, увидев Лейлу, смягчилась даже наследница престола советника посла по протоколу.