Подводная война

Когда грузовик остановился и лязгнул открываемый задний борт, Клим уже был готов действовать.

– Быстро выскакивай и вправо! – сказал грубый мужской голос, вытаскивая домкрат.

– Тут домкрат не поставишь! Куда ты заехал, Серега? – услышал Клим уже из кустов, куда выскочил, едва коренастый мужик в синей спецовке начал выволакивать тяжелый гидравлический домкрат.

– Скинь ему коробку с вентилятором! Все равно это некондиция! – неожиданно сказала черненькая.

– Кто за нее платить будет? – загундел коренастый, у которого на некондиционный товар были свои планы.

– Возьми штуку и заткнись! – посоветовала черненькая продавщица.

– За доставку еще штуку добавь! – потребовал коренастый.

– Нашел время торговаться! – укорила черненькая вымогателя.

– Самое время делать бабки! – не согласился с мнением коллеги коренастый.

Судя по тому, что из кузова прямо в кусты шлепнулась длинная картонная коробка, тысяча рублей была вымогателем получена.

«Надо не забыть девочке деньги отдать!» – сделал зарубку на память Клим.

Поднеся ладонь ко рту, Клим резко выдохнул и тут же втянул воздух носом. Запах спиртного наличествовал. Секунду подумав, Клим обнаружил в палитре запахов русскую водку, ямайский ром и слабый аромат выдержанного «Балантайна».

«Вполне приличный аромат для грузчика», – отметил Клим. Схватив коробку с вентилятором, он быстрым шагом направился ко второму подъезду.

Черный «Ниссан Патрол» с желтой антенной уже стоял на тротуаре, сверкая затонированными стеклами.

Ни одной подозрительной машины не было видно. Дворники не мели чистых тротуаров, электрики не сидели на столбах и даже сантехники не открывали своих неподъемных люков.

Две молодые мамаши вели неторопливую беседу друг с другом, толкая перед собой одинаковые коляски.

«Только эти девочки вызывают подозрение!» – отметил Клим и, покачнувшись, чуть оступился на ступеньке, неловко взмахнул руками. Приземлившись на правую руку, он успел поймать жесткий взгляд молодых мамаш.

Потянув на себя тяжелую дверь, Клим оказался в большом вестибюле, в правом углу которого имелась застекленная будка, где восседала дородная дама в старомодном пенсне.

– Молодой человек! Вы к кому идете? – спросила она, величаво подняв голову.