Солнце и Луна

Их, к сожалению, нет в меню, но вы можете посмотреть в витрине холодильнике у бара

– Хорошо, спасибо

Анжелика бредет по направлению к площадке, судя по звукам, доносящимся оттуда, это больше похоже на детский беспредельный притон. Ее малышка, вспотевшая и раскрасневшаяся пыталась отобрать казенную игрушку у какого то пухлого мальчика, тот был уже на грани потери здравого рассудка, потому что начал заунывно плакать и пустил слюну. Анжелика никогда не была фанатом детей, она искренне умилялась только своими, всерьез считая, что ее дети это образец милоты и благоразумного поведения.

Даже сейчас, робея перед толпой безобразной разнузданной молодежи от двух до шести лет, Анжелика отметила как изящна и красива Теона, как сильны и точны ее удары по голове другим детям, даже голос ее малышки, несмотря на вопли и плач, невероятно мил.

– Теона! Теосенька! Идем что то спрошу!

– Что?

– Ты кушать хочешь?

– Нет!

– А тортик?

– Хочу!

– После шашлыка будешь?

– Буду!

– Хорошо, малышка, ищи свои ботинки, пока собирайся, я посмотрю тебе пирожное тортик.

Спускаясь к бару, к холодильной витрине с новыми детскими десертами, Анжелика вновь испытывает приступ паники, снова жар и холод, она уже едва контролирует себя. Мелкая дрожь пробирает все тело, дыхание учащается, не хватает кислорода, кружится голова, Анжелика сцепила руки в замок спереди. Старается опереться на холодильник, боясь потерять сознание. Она чувствует как ее пробил пот, потом резко стало знобить, снова жар.

Да что такое! Она по животному ощущает приближение, оборачивается, никого. Звуки отдаляются и слышатся как в вакууме, она слышит свой пульс, накаляется тревога, Анжелика чувствует, как бледнеет. Физически ощущает на себе взгляд, оборачивается на дверь. На нее, замерев, смотрит Давид. Кажется, что они оба перестали дышать. Он медленно, по хищному, направляется к ней, к своей любимой, которую он потерял и обрел, по которой тосковал всю жизнь, не зная ее. За которой гнался в своих галлюцинациях и бреду. За которую он отдаст душу и тело

Их встреча остановила всю планету. Они так пристально смотрят друг на друга, силясь поверить в происходящее и в реальность момента, что люди вокруг начинают обращать внимание на них. Давид тяжело дышит, через его оливковый джемпер, кажется, как бьется сердце, готовое выпрыгнуть.

– Родная, ну вот, я приехал к тебе, я люблю тебя, – Давид остановился перед Анжеликой

– Как сильно бьется твое сердце.