Железная леди

Мужчина, тот, что сидел на переднем пассажирском кресле, сжимал в руке рацию и медленно вращал пальцами маленькое колесико, находящееся рядом с короткой антенной.

–– Ну что? – теряя терпение, спросил Кирилл, оторвав взгляд от одинаковых заборов, стоящих вдоль асфальтированной дороги.

–– Не могу поймать их волну, – обреченно пожал плечами мужчина, а мне показалось, что он раздражен данным фактом.

–– Хреново, – произнес Хромов после непродолжительной паузы.

Неожиданно рация зашипела, а затем послышались слова, сопровождаемые неприятным потрескиванием: «Первый третьему, прием… Слышу тебя, первый, прием… Приказ Соколова досматривать все автомобили на выезде из города, как понял? Прием… Понял тебя.

Принято».

Испуганно уставившись на Кирилла, я принялась покусывать от нервозности нижнюю губу, не веря в происходящее. Мужчина, с рацией в руке, повернулся, взглянув на Хромова взглядом, полным безысходности и растерянности.

–– Куда ехать? – спросил водитель, тоже взглянув назад.

–– В горы, – словно насмехаясь над ним, ответил Кирилл.

–– Может быть, попробуем проскочить? – спросил пассажир с рацией.

–– И это последнее, что мы попробуем, – ответил водитель и недовольно скривился, опять же повернувшись к Хромову, все еще ожидая дельного осуществимого приказа.

«Третий первому, прием… – вновь зашипела рация, напоминая о себе, и все в салоне напряглись, как один, сосредоточившись на звуках, разбавленных противным шипением и потрескиванием. – Говори, третий… Мы на трассе А117, прием… Отлично, третий, работайте».

–– Разворачивай, – взволнованно произнес Кирилл, поспешно осматриваясь по сторонам.

Водитель, тут же включив поворотник, вывернул руль вправо, резко меняя направление движения. Черный немец громко взвыл, устремляясь вперед.

–– Поезжай в горы, – сказал Хромов, на этот раз абсолютно серьезно, сопровождая свои слова вздохом безвыходности.

Дотянувшись до моей руки, он сжал дрожащую влажную кисть в пальцах, рассматривая испуганное лицо.

В этом взгляде была обреченность, благодаря чему я могла с легкостью угадать мысли Кирилла. Я заранее знала, чем этот побег окончится. Знала, но надежда на ошибку не желала покидать мои мысли. Очень хотелось ошибиться в том, что Сабуров непременно вернет меня восвояси, в том, что сейчас полгорода пляшет под его дудку, угождая обманутому супругой депутату.

Когда слева показалось подножье горы, Кирилл обернулся, взглянув на трассу, оставшуюся позади.