Царство Вечной Ночи

Ники всю дорогу была молчалива, лишь иногда постреливала глазами-бусинами в сторону мадам Коллет. Девочка явно тревожилась о своем будущем, но ещё больше о будущем матери.

Патронесса действительно дорожила репутацией. Она выделила Равине и Ники небольшую комнату в крыле для прислуги. Девочка быстро освоилась и начала помогать по мелочам – на кухне, с выбором платья, шнуровкой корсетов, таскала вино и закуски в комнаты. Её мать уже была тяжело больна, и Коллет пригласила к ней господина Малона. Но почтенный лекарь лишь смог облегчить своими настоями страдания несчастной.

Ники была с ней рядом до последней ночи. Она всё пыталась узнать имя отца, но мать упорно молчала.

Будучи взрослой, наш «цветочек» наняла очень толкового парня из гильдии ищеек на его поиски, чтобы потом заплатить уже кому-то из гильдии «Наемных убийц»… Но данных было слишком мало, и работа продвигалась плохо, за пару дюжин полнолуний никаких сведений. Ники ворчала, что этот прохвост уже на ней озолотился. А я советовала не брать клиентов, годящихся ей в отцы.

Мало ли. Вдруг встреча будет неожиданной.

Что же касается её работы в «Ежевике» – мадам Коллет по достижению девушкой совершеннолетия выделила ей небольшой капитал и предложила устроиться в торговую лавку или в подмастерья к хорошей швее. Но Ники неожиданно решила остаться и работать в «Ежевике», ставшей её родным домом, «цветком».

– Это ведь ягода многокостянка, мы тут все срослись как частички ежевички, – сказала тогда Ники и обняла патронессу.

Та похлопала её по спине, что было, наверное, максимальным проявлением нежности.

По крайней мере, я никогда не видела, чтобы мадам с кем-то нежно обнималась, разве что с бутылкой редкого розового вина «Ночная Роза», которое ей привозил поклонник-купец.

– Сбежала из борделя, чтобы не работать проституткой, в бордель, чтобы работать проституткой, – иногда шутила о себе Ники.

Но я знала, что своим положением она более чем довольна. Клиентов выбирала сама, никто её ни к чему не принуждал.

К тому же однажды, перебрав шампанского и пьяно икая, она призналась мне, что ради Коллет согласилась бы работать тут и бесплатно.

У Ники были очаровательные черные кудряшки, но она упорно выпрямляла их. Сейчас у нее была новая идея – сделать волосы прямыми, а затем снова завить их, но в аккуратные локоны-трубочки. Якобы это последний писк дворцовой моды. Ей виднее, все-таки профессия обязывает. Я же следила разве что за последними писками оружейной продукции.