Товарищ участковая. В объятиях темного принца

Кареты? Тут что – кино снимают?

Сколько лететь до ближайшего европейского города? Есть шанс, что, напившись, она встретила какого-нибудь европейца, немца там или австрийца, и он увёз её к себе в деревню? Где он, по всей видимости, снимает кино. Или снимается в нём. Вдруг подцепила актёра? Все эти версии, подкинутые ещё слегка похмельным мозгом, казались Кате настолько невероятными, что у неё закружилась и заболела голова.

Перегнувшись через широкие резные балконные перила, Катя попыталась разглядеть людей. И разглядела.

Некоторые её подозрения подтвердились. Они действительно были одеты как-то старомодно. Она не была экспертом в истории моды, но, вероятно, это что-то вроде века семнадцатого-восемнадцатого.

– Интересно. То ли меня решили удивить, то ли разыграть. Вряд ли второе. Кто захочет рисковать головой,– донёсся до Кати низкий бархатный голос.

Она резко крутанулась на месте, полы халата распахнулись, девушка быстро прижала их к ногам.

Перед ней стоял удивительно красивый мужчина и с интересом наблюдал за её телодвижениями.

И как он умудрился так тихо подкрасться!?

Выглядел он… Сказочно. Иначе и не скажешь. И это во всех смыслах. Сказочно красив и одет как персонаж из сказки. А ещё у него были… заострённые уши? Ладно, это дело вкуса. Возможно, сделал себе операцию. Может быть, какой-нибудь помешанный на эльфах. Катя таких ребят не понимала, но и не осуждала. Она считала: пусть хоть ведро с дерьмом на голову наденут, лишь бы подальше от меня стояли.

– Если это Роланн тебя прислал, надо отдать ему должное, он умеет удивлять.

Пожалуй, пока не буду отрубать ему ничего жизненно важного, – говоря с самим собой, продолжил мужчина.

Говорил он вроде бы на русском, но его голос звучал так, будто был наложен на чей-то ещё, как в переведённых иностранных фильмах с не самым качественным монтажом.

– Извини… те, я вас не помню, точнее, не знаю, – девушка запиналась и не была уверена, что говорит достаточно внятно.– А как я тут оказалась?

– Ты меня об этом спрашиваешь? – он надменно выгнул красивую тёмную бровь.

– Нет, вон тот деревянный шкаф! С ним беседа более конструктивная получилась бы! – разозлилась девушка.

И тут же испугалась. Потому что на красивом волевом лице мелькнула ярость.

– Ты мне дерзишь? С каких это пор постельные девки стали так себя вести? Тебя разве ничему не обучали?

Катя понимала, что умнее будет промолчать, но он уже её разозлил.

– Ты совсем охренел, ушастый?! Какая я тебе постельная..