Товарищ участковая. В объятиях темного принца

Она не понимала коллег, которые могут долгое время не стирать форму, не отглаживать её, и приходить на работу помятыми и неухоженными. Она считала, что беспорядок в голове, в доме и в жизни неразрывно связаны. А её и так мотало по жизни, как песчинку во время бури в пустыне. Если у неё не было мужчины для поддержки, значит, она сама станет себе опорой и поддержкой. В этом она не уникальна. Многие молодые девушки одиноки в большом городе и как-то справляются.

С утра после совещания, на котором обсудили все ночные происшествия, Катю одолела частая посетительница отдела, так сказать «постоянная клиентка».

Её муж изрядно выпивал и после прикладывания к бутылке прикладывал кулак к лицу женщины. Ей такой расклад, разумеется, не нравился, но заявление писать она категорически отказывалась. И всё просила его «припугнуть».

Катя смотрела на дородную женщину, весом килограмм сто пятьдесят, у которой кулак был размером с Катину голову, и пыталась телепатически донести до неё, что «припугиватель» из девушки не очень.

И, если уж сама женщина с этой задачей не справляется, то сорокапятикилограммовая участковая точно не осадит здоровенного пьяного и агрессивного мужика. Но Катины телепатические сигналы упорно не пробивались через плотные слои волосяной и кожистой атмосферы на голове этой дамочки.

Сейчас только начало дня, а у неё уже болела голова. Катя потерла руками виски. Женщина продолжала трепаться о своих проблемах. Скорее всего, она и приходила-то сюда только за тем, чтобы выговориться, используя несчастных участковых как бесплатных психологов.

Будто им и без того работы не хватало.

Уже, кажется, в седьмой раз девушка напоминала назойливой посетительнице о том, что другие граждане тоже жаждут её внимания.

Когда Катя, наконец, выпроводила тётку, то выдохнула. Девушка надеялась, что хотя бы на этой неделе она больше не придёт.

– Ну что, готова к новым погонам? – забежала к ней коллега Наташа, уже пребывающая в радостном предвкушении от предстоящей пьянки.

– Главное – их не проглотить, иначе носить потом будет неприятно, – мрачно ответила Катя.

До Наташи несколько секунд доходил смысл её слов, а затем она разразилась смехом.

– Я в тебя верю! – крикнула она, хлопая дверь.

– А я в себя – нет, – пробормотала Катя в пустоту.

…

Обмывать погоны было решено в кафе. Хотя у Кати периодически и случались приступы амфибиотропной асфиксии, если проще – её душила жаба, то сейчас это жадное земноводное временно было побеждено.