Калейдоскоп времени

– Друг! Геша! Я твой вечный должник!

– Да брось, Стас! С кем не бывает! Когда появится шедевр? – шутливо вопросил он. – Впрочем, – не дожидаясь ответа, заявил Геша, – тебе сейчас не до этого! Удачи!

Станислав поехал к Ваське, взял у него ключи и привез свою подругу в студию Генриха.

Он приготовил ей кофе и объяснил, что Пава сможет три месяца жить здесь, но должна искать себе квартиру.

Бедняжка не могла вымолвить ни слова. Раскрыв чемодан, выброшенный мужем, и осмотрев свои собственные деревенские вещи, она разрыдалась.

С ней буквально случилась истерика.

– Мне даже переодеться не во что! Я же не могу в этом ходить!

Станислав Владимирович и сам именно в этот момент был, что называется, на бобах. Правда, он закончил и почти пристроил две свои последние картины, но денег наличных у него было всего триста долларов. Он протянул их Павлине.

– Прости, это все, что у меня сейчас есть. И пока я не могу ни на что рассчитывать.

Павлина зарыдала еще сильнее, а Станислав поспешил избавиться от нее и пошел к двери.

– Не оставляй меня, Стас! Ты должен жениться на мне, я тебя так люблю.

– Павушка, успокойся. Я не могу жениться на тебе. Ты же прекрасно знаешь, что у меня есть семья. Вернешься к мужу, попросишь у него прошения. Извини, я спешу.

Все это он проговорил прямо в дверях и быстро вышел. К машине он почти бежал. Как ни странно, в нем проснулась невероятная тяга к работе. Руки просто чесались. Он примчался в свою студию и схватился за кисти.

Буквально через несколько минут на холсте закружились листья в осеннем танце прозрачного воздуха. Казалось, вся комната наполнилась свежим осенним ветерком и на холсте рождалось чудо. Упоенный своим искусством, Станислав забыл обо всем на свете.

Он не слышал, как дочь Светлана принесла ему обед и, залюбовавшись его пейзажем, долго наблюдала за его работой, а затем тихо, чтобы не спугнуть его вдохновение, ушла домой.

Однако Павлине было не до его успехов.

Она страдала и искала выход. Петра она боялась до ужаса. Но и вернуться в прошлую нищую деревенскую жизнь не хотела. Осматривая свое временное убежище, она наткнулась на аптечку в кухонном шкафу и обнаружила там снотворное. Ей пришла в голову мысль, что если она будет при смерти, то Петр простит ее и вернет ей все ее наряды, драгоценности, которые он ей купил, и, возможно, даже оставит ей квартиру. Ведь своим бывшим женам он оставлял имущество.