Матрешка в Лондоне

 – И сколько это? – я попыталась всем своим видом изобразить алчную брачную аферистку. – Сколько это – половина твоего состояния?

– Дай подумать… – Фред что-то считал в уме, а я смотрела на него и думала, как же мы друг другу подходим: он схватывает мои шутки на лету. А он тем временем стал загибать пальцы на руках (интересно, это международная привычка или он у меня научился?):

– Дом в Лондоне, загородный дом, счета в банках, трастовый фонд, плюс доходы от уже опубликованных книг, да все это пополам… Итого твоя доля примерно сто тридцать пять миллионов.

– Сто тридцать пять миллионов долларов? Что-то маловато… – скроила я капризную физиономию.

– Фунтов. В Англии – фунты стерлингов, – поправил меня Фред. И что-то в его тоне и взгляде заставило меня понять, что он говорит серьезно. Так. Я чего-то не знаю. Либо он псих, либо… На второе «либо» шансов немного, а если учитывать мою везучесть, то, судя по всему, я имею дело с первым вариантом. Приехали.

Видимо, мои мысли слишком явно отобразились на моем лице, так как Фред тут же схватил меня за руки и начал говорить.

Говорил он медленно с максимально выраженной артикуляцией, видимо боясь, что в таком состоянии мне трудно понимать иностранную речь.

– Нина, я писатель, успешный писатель. И я богат. Ну, не фантастически, но богат. У меня есть имя, есть семнадцать опубликованных романов, два в издательстве и еще пять разработке. У нас с тобой есть большой дом, есть дворецкий. Правда и дом, и дворецкий довольно старые и их давно пора менять, но я надеюсь, что этим займется теперь моя любимая жена, то есть ты.

Хотя дворецкий готовит потрясающий омлет, держу пари, ты даже не представляешь, что простая яичница может быть таким блюдом. Я никому не хотел говорить о своем богатстве, чтобы девушка, которую я встречу, знала только меня самого и выбрала меня, а не то, что у меня есть. Конечно, мне давно надо было тебе сказать, но я как-то не находил подходящего момента. Возможно, и этот момент – неподходящий, но так уж получилось. Я очень надеюсь, что ты меня простишь и примешь так же, как готова была принять, когда думала, что я просто журналист.

Я помолчала с минуту, глядя в сторону на спешащих мимо москвичей, потом помолчала, глядя уже на своего нового мужа и пытаясь высмотреть в его лице признаки психа или просто человека с ненормальными мотивациями. Знаю, что психи, маньяки и мошенники зачастую больше всех похожи на обычных людей. Но мой Фред не был похож на обычного. Он был потрясающий.