Пески забвения

Но иногда он привозил и несколько железных круглых коробочек, где были россыпи, как драгоценных камней, вкусные цветные конфеты монпансье[15 - Конфеты монпансье – цветные конфеты драже].

Для Адиля ничего не было вкусней тогда, возле любимой матери, разливающей чай у самовара, с лениво испускающей дым трубой, рассказывать свои смешные истории ей и кушать эти конфеты. То чаепитие в далекой казахской степи, был, отчасти, не только для утоления жажды в полуденную летнюю жару. Те интересные за дастарханом беседы были, как позже, уже повзрослев Адиль вспоминал, как и многое другое, проявлением материнской любви.

Глядя на довольного сына, она, простая казахская женщина, забыв все суровые реалии жизни, могла и сама быть непременно благодарной за Жизнь! За то, что ее, эта Жизнь, наградила таким умным и мудрым человеком, коим был ее муж и такими же, главное, чуткими, детьми!

Оставаясь с ней наедине, во время своих задушевных бесед с ней, он часто обращал тогда свое внимание на выступавшие из-за платка седые пряди ее волос.

Но и глубокие морщины на ее лице, в тот момент, по его мнению, только скрашивали ее, и так красивую мать.

В те далекие, конец 80-х годов, жизнь не радовала разнообразием продуктов и яств. Кто бы ни был, тем более, наши герои, не могли себе позволить любую расточительность. Заработанные тяжелым трудом деньги, каждый раз, они направлялись, только на самое необходимое. Время шло, в городах и селах люди везде что-то обсуждали. И это всегда было что-то новое и неизвестное.

В стране чувствовалось грядущая потребность в изменениях.

Жизнь же простых людей-сельчан, оторванных от городской суеты, как глубокая река с ее темными водами, не могла менять своего русла и протекать иначе. То, было реалией жизни для них, но все вокруг уже меняясь, двигалось к чему-то. К чему, чего не понимал никто в этом, тогда скоротечном и изменчивом вокруг мире.

Порой вечерами, дома, обсуждая прошедшее собрание в совхозе, его братья долго спорили.

Невольно слушая их, Адиль пробовал осмысливать ситуацию. Он знал значение всего того услышанного там. Где-то соглашаясь с ними, где-то противясь, он создавал свое видение. И оно было другим. Его тянула степь, ее бескрайние просторы, ярчайшая радуга после дождя на фоне неба, разнотравье, птицы и звери… Тут, он мог, оставшись наедине, мечтать о жизни, замечать порой совсем невидимые вещи, радоваться вновь

открывавшимся возможностям быть ближе к природе.