Признание в любви спустя полвека. Лирическая повесть из девяти новелл

После этого случая, Нина Ивановна (учитель литературы) никогда не пыталась выяснять литературные суждения этого ученика. Да и он больше не стремился откровенничать и делиться своими чувствами. Ведь он увидел тогда, безразличие преобладающего большинства класса, а у остальных в глазах стоял либо брезгливый ужас, либо немой вопрос «Не псих ли он?». И еще несколько удивленных и любопытных взглядов – но в них не было сопереживания.

Это был 8 класс, он уже был по уши влюблен в ту девочку, но не искал ее взгляда, боясь в ответ не встретить ни душевного восприятия, ни даже любопытства.

А если эти сомнения, мешавшие его взору устремиться к ней, оказались бы напрасными? А что, если бы там его ожидал понимающий и сочувствующий взгляд? И если бы сила этого эмоционального контакта, сподвигла его к открытому общению, кто знает, все могло случиться. Уж слишком много было этих «если бы»!

Не знал мальчишка, что мужчины любят глазами, а женщины-ушами. Не знал, что, к музыке души нужно писать слова и в полный голос петь свою песню любви!

Глава III

Ростки души и царапинки из детства

Тайна человеческой души заключена

в психических драмах детства.

Докопайтесь до этих драм, и исцеление придет.

(Зигмунд Фрейд (https://citaty.info/man/zigmund-freid))

Откуда же в этом юном существе такой критический подход к себе, столько недоверчивости и осторожности в контакте с внешним миром?

Личинки этих червяков сомнений были заронены еще в раннем детстве. Едва оторвавшегося от материнской груди младшего сына родители отдают на воспитание бабушке по материнской линии.

Та живет со взрослым неженатым сыном и двумя дочками-студентками. Бабушка хотела, чтобы у ее единственного сына был младший брат. Это было обычным явлением в казахских семьях.

Малыш рос баловнем в теплом семейном окружении, спал в одной постели с бабушкой и всюду ходил за ней, как щенок. Говорить он начал на родном языке, а русские слова произносил, точно воспроизводя бабушкин акцент, что сильно потешало его дядю и тетушек.

Жили небогато, но дружно.

Жили они рядом с его родителями, сначала по улице Ленина, над рыбным магазином, и вскоре переехали через три дома, на Ленина 5. А родители жили на аккуратной зеленой и короткой улице, в три квартала, состоящей из сдвоенных коттеджей (на двух хозяев), с огородом и сараем. Это жилье было в ведомстве комбината «Карагандауголь».

Его отчий дом хорошо просматривался из кухонного окна их квартиры в двухэтажном доме.