Красавица и чудовища

Луиза уж точно не стала бы выгибаться, умоляя коснуться еще раз, когда Ворон вдруг отстранился. Ведь оргазм был так близко. Луиза бы его просто сымитировала.

Рука Медведя снова ложится мне на волосы, но на этот раз он давит иначе, его бедра дергаются, когда он пытается погрузиться еще немного глубже в мое горло.

И я снова отчаянно теку, когда пальцы Ворона возвращаются к моему клитору. Но ненадолго.

Давление его члена вдруг перемещается.

А после он вдруг сильно ударяет бедрами, надеясь сразу погрузиться в меня целиком.

Но тогда же его член упирается в преграду.

Глава 7

Кейт

– Нет! – вырывается у меня.

Тело прошивает острой болью, которая растекается огнем между моих бедер. Там, где во мне все еще находится Ворон.

Ворон вдруг делает легкое движение бедрами, но мне чертовски больно даже от этого. И я снова взвизгиваю и пытаюсь отползти в сторону, хотя мне это никак не удастся. Мои плечи зажаты бедрами Медведя, а пальцы Ворона крепко держат за ягодицы.

– Не надо, – шепчу я, вздрагивая всем телом.

Уильям замирает.

И я знаю почему. У него не осталось никаких сомнений в том, что ему это не показалось.

Ворон выходит из меня и неожиданно грубо хватает за волосы, намотав их на кулак, как сделал раньше него Медведь. Я выгибаюсь, прижимаясь спиной к его горячему телу. Его твердый член прижимается к моему телу. И я снова инстинктивно хочу отползти или оказаться от него как можно дальше.

Меня знобит и бьет крупной дрожью. От боли и страха по моим щекам снова текут слезы.

– Какого черта ты творишь? – удивленно произносит Медведь.

Я знаю, почему он так опешил.

Бешенство и Ворон – понятия несовместимые, но сейчас он именно такой. В его прозрачно-синих глазах пылает пламя, а красивые черты лица искажены яростью.

– Скажи сама! Скажи ему, что не так, Луиза! – цедит сквозь зубы Ворон. – Ну же, мать твою! Пусть Медведь тоже удивится.

Но я не могу выдавать из себя ни слова, только всхлипываю. Корни волос жжет от боли, но сильнее болит низ живота.

Возбуждение окончательно схлынуло, оставив вместо себя стыд, отвращение и всепоглощающий страх.

Никто не приехал.

Никто не спас меня, хотя мне было обещано именно это. Я выполнила свой долг перед полицией, а меня бросили на втором этаже борделя. И я совершенно не знаю, что меня ждет дальше. Теперь, когда моя легенда рассыпается пеплом.

– Молчишь? – рычит Ворон.

Он встряхивает меня, как куклу. А после отталкивает от себя, и я падаю на ковер.