Сводные

Он подталкивает меня к багажнику, и мои ноги скользят по грязи. Я сильнее прижимаюсь к нему спиной, всем телом, как никогда не стала бы прижиматься к незнакомым парням.

А все потому что…

– У меня клаустрофобия! – визжу изо всех сил. – Нет!

Он шумно выдыхает через маску, и его дыхание даже через ткань щекочет мне шею. Скребусь пальцами по его животу, к которому он прижимает мои вывернутые руки.

– Пожалуйста, нет…

Он кладет руки мне на талию и снова разворачивает на месте, лицом к себе. В его руках я словно тряпичная кукла, еще ни один парень не позволял себе вести себя так со мной.

Никто не касался меня без моего разрешения и не нарушал мои личные границы. А еще не вертел мной, как ему вздумается, если только он не мой партнер по танцу.

– Это правда? Или ты лжешь мне?

Опять внимательно изучает меня стальным взглядом, а когда я пытаюсь отвернуться, разворачивает мое лицо к себе. И наклоняется так низко, как будто я плохо слышу.

– Ты представить себе не можешь, что сделают с тобой эти люди, что приедут сюда сейчас.

А заодно и со мной. И тогда я точно не верну тебя папочке целой и невредимой. А если все пройдет как по маслу я сам отвезу тебя в город, идет? Без попуток. Доставлю туда, где взял. У тебя нет времени на размышления. Либо прямо сейчас бежишь на трассу, либо залезаешь в багажник и ведешь себя как мышка.

– Разве им не нужна машина?

– Нет. Тебя просто не должны увидеть. Выбирай! Иначе сам запихну тебя в багажник, и плевать я хотел на твои фобии! Сейчас они будут здесь! Слышишь?

Ветер доносит рев моторов из-за деревьев.

У меня есть всего несколько секунд. И из двух зол я вдруг выбираю третье.

– Куртка, – выдыхаю, цепляясь обеими руками за его черную джинсовую куртку, наброшенную поверх батника.

Глава 2

Да она сумасшедшая!

Прямо как я.

– Зачем тебе моя куртка?

– Я спрячусь на заднем сиденье, – тараторит она, глядя на меня расширенными от страха глазами. – Пожалуйста, только не в багажник! У тебя куртка безразмерная, в ней утонуть можно.

Укроешь меня сверху, никто и не увидит!

Времени на раздумья нет. Киваю, и она забирается на сиденье прямо с грязными ногами, прижимая колени к подбородку. Обхватывает колени руками и так ложится. Срываю с себя джинсовку, уверенный, что ничего не выйдет, и бросаю сверху.

Но это вполне себе выход.

Она маленькая и хрупкая, как и положено балерине, а жесткий джинс и правда хорошо скрывает очертания ее тела.

Ничего подозрительного.