Завоевать сердце гения

 – Ты ведь понимаешь, что даже одного только упоминания об этих зверствах будет достаточно.

– Ты нашла других женщин, которые были его музами?

– Ищу, дорогая. Это дело небыстрое. Он хорошо платил им за молчание.

Хоть бы они были живы!

– А что известно о самом Маккамоне? Ты ведь наверняка уже завела на него досье. Разве мне не нужно подготовиться?

– Сейчас его принесут. Там есть о чем почитать, дорогая.

Меня отвели на макияж, там Ксена велела раздеться и войти в кабинку с распылителем авто-загара.

Такой держали для моделей. Мне покрыли тело приятным бронзовым оттенком, усадили в халате перед зеркалом и два часа убили на то, чтобы макияж по итогу был практически незаметен. Распустили мой хвост на макушке и завили локоны, как у принцессы Авроры.

Потом принесли одежду. Я ожидала какой-то развратной, откровенной одежды, но это оказался почти офисный наряд – белая шифоновая блуза, персиковая юбка до колен и туфли телесного цвета. Элеонора выбрала для меня некий воздушный легкий образ музы.

Но что-то мне подсказывало, что Маккамона этим не проймешь.

К трем часам по полудню я села в такси, и через сорок минут машина остановилась перед особняком в элитной части Нью-Йорка. Я расплатилась за счет – «все за счет редакции, дорогая!», – и вдруг услышала музыку с другой стороны дороги.

Фургончик с мороженым! Первый удачный знак за сегодня.

Перебежала через дорогу и заказала три шарика мороженого из темного терпкого шоколада с шоколадной крошкой и даже шоколадным печеньем внутри.

Села на скамью в парке и набила смс-ку, чтобы все держали за меня сегодня пальцы.

Кстати, я не говорила, что у меня родственников больше, чем песка в Сахаре? Уйма! Две чертовых дюжины. Для них-то я и сделала массовую рассылку с просьбой пожелать удачи.

Хотя, если честно, сделала я это для того, чтобы как можно больше свидетелей знало время и день, когда я перестала выходить с ними на связь.

Бабуля ответила мне первой. И единственной. Остальные-то сразу увидели десяток адресатов в адресной строке и промолчали.

Охо-хо, ребята, потом будете локти кусать, что не поговорили со мной в последний раз, пока я была жива!

«Да пребудет с тобой сила, йохохо!» – писала бабуля. И ведь не скажешь, что человеку восемьдесят два, правда?

Мне хотелось быть такой, как она. (Хотя она вряд ли пробовалась на роль постельной игрушки гениального художника).

Ладно, пусть мне повезет, йохохо.

И тогда…

Нет, не птица.

Мороженое.