Золотистый ретривер и сфинкс

Не вешай нос, все будет хорошо, ты найдешь свое счастье. И вообще, ты что, пример с Олеси берешь? Не надо! – решила приободрить другая тетка, то ли с папиной, то ли с маминой стороны.

Лена вздохнула, одобрительно улыбнулась на публику и поблагодарила сердобольных женщин. Лена и хотела бы брать пример с сестры, да вот не получалось. Олеся знала, что хочет и к этому стремилась. Лена стремилась лишь к счастью. А счастье, как известно, эфемерное понятие. По итогу, наша девочка в свои года все также искала себя.

А тем временем женщины продолжали уже между собой, Лена им была уже не нужна.

Праздник, как и любой другой семейный, проходил мягко, душевно. Не было драк или словесных перебранок. Пассивно-агрессивное поведение было у каждого. По крайней мере, пока.

В ожидании горячего гости жадно поедали все, что было на столах: салаты, закуски, хлеб, фрукты. В обязательном порядке угощали соседей, иногда, совершенно по-свойки, перекладывали еду с общей тарелки на персональные руками, «благочестиво» оттопырив мизинцы.

Пришло время тостов. У именинницы было двое детей: старший Денис и младшая Олеся. Они к своим 30-ти с хвостиком лет работали много, и оттого имели карьеру.

Первым дали слово старшему ребенку. Денис приподнялся над столом, держа в руках бокал красного вина, глубоко вздохнул и начал.

– Уважаемые гости. Рады вас всех здесь видеть, на празднике по случаю дня рождения моей прекрасной мамы, – сказал сын, при этом смотря на стол проникающим взглядом.

– Сегодня вечером здесь нет ни одного случайного человека – все вы нам близкие и родные люди.

Моей драгоценной мамочке сегодня исполняется 60 лет. И я как старший сын, которому посчастливилось провести с ней больше времени, чем моей сестре, должен сказать, что Галины Викторовны это пример матери. Она всегда переживала за своих детей больше, чем за себя. Никогда не сомневалась в нас и поэтому ее поддержка дорогого стоит, – с чувством собственного достоинства сказал Денис и повернулся лицом к матери.

– За тебя, дорогая мама.

Живи долго и счастливо.

Все гости аплодировали красноречию старшего сына. Отец Дениса прослезился. Женщины демонстративно расправили носовые платки и стали утирать скупые слезы восхищения. Вероятно, на месте Дениса представили своих детей, а его слова адресовывали и себе. Мужчины повернулись к своим детям и, наклонив голову, шептали, что, мол, смотри да учись.

Лена же наша повернулась к матери, которая сидела по правую руку, и мягко улыбнулась.