Без нас, никто! 2 Чужая война

В ответ на такое заявление, князь промокнул рукавом пот на лбу, такое развитие дел его решительно не устраивало! – А не возьмут они город приступом? – в его голосе чувствовалась явная тревога.

– Нет! И думать забудь! – твёрдо обрубил Миролюб. – Такое им точно не под силу, по крайней мере не этим кочевникам! Это им не провинциальная Ростошь с Суходревом, даже не Пустынь с Обережным аль Временкой, Таманью аль Галичем. А как-никак, сам Аркаим! Где сейчас за его стенами сосредоточена вся мощь нашего княжества, как с людьми, так и со всем его добром, которое только те смогли в него отовсюду вывезти.

– Ты что-то мне не договариваешь? – князя всё-таки насторожил понурый вид воеводы.

– Полабы! – выдохнул тот. – Вот кто мне до сих пор покоя не даёт. Нам никак не удаётся до сих пор опрокинуть этих поганцев, чтоб освободившуюся дружину направить к нам сюда на подмогу. Если бы ты только разрешил мне самому отправиться на дальний кордон к сдерживающему их войску, и уже там на месте принять командование, то тогда бы наше дело шибче спорилось.

– Нет! – решительно возразил князь, как отрезал. – Если там до сих пор держаться, то и в тебе значит потребности нет. – но смягчив тон продолжил. – Да и поздно уже, враг почти на самом нашем пороге! Теперь всё будет решаться именно здесь!

Неожиданно для самого себя, князь поменял тему беспокоящего его запада на восток. – От Сармата с его войском до сих пор нет никаких вестей?

– Нет! – Миролюб покачал головой.

 – Похоже, что, как он не кичился своим бахвальством, но так там и сгинули они все! Ни гонцов с вестями от них нет, ни даже беглецов с той стороны не видать, что бежали бы назад, в случае их разгрома. И тех ни единого ни видать! Одно выходит! – опустил свои очи долу. – Что нет больше того войска! – затем воевода воздел лицо к небу, отдавая дань памяти павшим. – Но всё же послужили они нам на славу, так необходимое нам время на сборы они всё же выторговали, задержав собой окаянных, даже дольше чем мы на то с тобой рассчитывали.

Князь устало уселся в стоявшее перед ним кресло. – Но какой ценой!?

– Казнить! – тем временем метался по своему просторному шатру в диком бешенстве хан Талабуга. – Всех, до единого, казнить!

Таким разъярённым его верноподданные ещё никогда не видели. – А их поганые головы одеть на самые длинные колья, и поставить их возле моего шатра на всеобщее обозрение.