Не достигнуть координаты «икс»

Через какое-то время Виктору надоедать чтение стоя, и мы отправляемся к разноцветным сиденьям трибун. Девчонки из Нильского также рады этой новости и рысью преследуют нас. Пройдя на самый верх, почти под потолок, разместившись на сиденьях подальше от людских глаз, святая троица – сегодня она именно троица – принялась рыться в своих сумочках и доставать электронные сигареты в паре с жидкостями для них.

Виктор садится и сразу же утыкается в свой телефон.

Я достаю Паланика и начинаю читать.

На книжной ярмарке.

Кристин Дрейк потягивает «сигаретку» и смотрит на свою большеротую подружку.

– У тебя с чем?

– С манго, – ухмыляется Виктуар.

– Можно залить? – Дрейк уже тянется к жёлтой бутылочке в руках Виктуар Брукс. – Вчера в «Энджой Смок» все нормальные «жижи» закончились.

Виктуар внезапно оживляется.

– Давно в «Энджой» сигареты продают? – спрашивает она.

– Всегда там продавались, – говорит Дрейк и закуривает.

Я не замечаю, как Рейчел сидела на сиденье передо мной и внимательно наблюдала за моим беглым взглядом.

– Что читаешь?

Я поднимаю на неё глаза.

В её взгляде не было присущей всей остальной тусовке зависти и злости. Она действительно спрашивала с интересом, без всякой задней мысли, и хотела поговорить не от скуки или раздражения, а потому что просто хотела поговорить, и поговорить на тему, её интересовавшую.

Она ходила с Виктором в литературный клуб по четвергам.

– «Бойцовский клуб», – не сразу отвечаю я.

– Интересная? – улыбается Рейчел.

Я задумчиво хмурюсь.

– М-м, да, – киваю я. – Мне Джин посоветовала.

Рейчел удивлённо вскидывает бровь.

– Вы дружите? – интересуется она.

Улыбка так и не спала с её лица.

Её взгляд не стал расстроенным или злым.

– Они трахаются, Рейч, – бросает Дрейк.

Кристин даже не смотрит в нашу сторону.

Виктор, между прочим, бросает:

– Завидуют молча.

Кристин поднимает на него глаза, но не говорит не слова.

Рейчел отводит смущённый взгляд, а я не даю ответа на вопрос.

Дым электронных сигарет распространяется пред моими глазами, а под шелест тараторящих языков невозможно читать. Я откладываю книгу в сторону. Виктор по-прежнему сидит в телефоне и активно печатает сообщения, неизвестно кому, неизвестно зачем. Я не решаюсь его отвлечь и сам беру свой телефон в руки, тут же получая на него сообщение в мессенджер.

Я моментально открываю диалог.