Без нас, никто!

Поднял глаза к небу, но даже в голубой выси, не заметил знакомых следов от пролетевших по нему самолетов. А вокруг меня стоял лес, и не жиденький, подмосковный, в которых я часто бывал, собирая грибы. А самый, что ни на есть Сибирский, прям как у меня дома. Одним словом-тайга!

Но делать нечего! Не тут же в самом деле, мне на полянке загорать, тем более что за мной никто не торопиться, справиться о моём самочувствии, поэтому придётся идти самому. Как говориться. – Если гора не идёт к Магомеду, то Магомед сам припрётся к горе!

Покрутив головой, определяя направление сторон света, попытался сориентироваться на местности, в какой стороне может располагаться моя воинская часть.

Но не по каким признакам так и не смог прикинуть её месторасположение. Поэтому решил идти по пути наименьшего сопротивления, двинув строго на север. Тем более, что в той стороне, на сколько я мог видеть, и лес не такой заваленный, можно идти не особо маневрируя вокруг ухабов, да закладывать зигзаги вокруг вывороченных с корнями деревьев.

Это меня немного приободрило, ведь, когда ещё выпадет такая возможность, безмятежной прогулки по лесу, когда голова совершенно не болит о воинской службе. Мне сразу вспомнились случаи, когда дома ходил на охоту. Сперва с отцом, а когда подрос и окреп, то уже и с друзьями, а когда и совсем в одиночку.

И так я двинулся, как мне казалось, в верно выбранном мной направлении.

А там время покажет, так ли оно!

Прошло совсем не так много времени с того момента, как человек покинул ничем неприглядную на первый взгляд полянку и направился в лес. Как в безоблачном небе раздался раскат грома и в землю, в самый центр поляны, ударила яркая молния, рассыпавшись по земле снопом ослепительных искр. И в мгновение ока на её месте оказался статный, высокий старец, с длинной седой бородой-лопатой, что доходила своей длинной до его груди, одетый в добротную кольчугу, сияющую ослепительным блеском в лучах полуденного солнца.

И с ниспадающим с плеч до самой земли ало-красным плащом. В сильных руках, переплетёнными тугими канатами мышц, он сжимал огромную секиру, насаженную на длинную рукоять. Которой тут же стукнул оземь и произнёс слова, слетевших с его уст с таким грохотом, будто с крутой горы пошла каменная осыпь.