Без нас, никто!

Поэтому попробовав только раз на непослушание, он больше не помышлял о повторной попытке, даже в своих мыслях, не допуская подобного.

Переплыв небольшую речушку, волк позволил себе остановиться, чтоб утолить только жажду, прежде чем снова бросился дальше. До конца пути уже оставалось немного, он это чувствовал. Только как это у него получалось, он и сам себе не мог объяснить. После того, как Хозяин влил в него частицу своей безграничной силы, то она словно манила его к своему создателю, не взирая на разделявшее их расстояние, стараясь поскорее с ним вновь воссоединиться.

И чем дальше он пробирался через лес, тем сильней становилось чувство близости конечной цели.

И вот настал долгожданный момент! Лес кончился, выпуская из своих хвойно-лиственных лап просторную поляну по среди которой и заканчивались его мучения. Клокотавшая внутри его тьма успокоилась, тем самым давая понять, что он прибежал на то самое место.

Без сил опустившись на брюхо прямо на середине поляны, волк мысленно воззвал к своему Господину, прося того откликнуться на его мольбы и явиться.

Призыв был отправлен, и теперь от него совсем ничего не зависело, оставалось лишь ждать, когда тот сам соизволит явиться. И стараясь использовать свободное время во благо, прикрыв глаза зверь моментально заснул.

Проспал он до самого вечера, открыл глаза, только когда уже начинало темнеть. И подняв морду потянул носом почуяв знакомый запах могильной сырости, что мог исходить только от его Господина. Поджав под себя хвост и сжавшись в комок, словно побитый пёс, волк начал пятиться к лесной кромке.

Он всегда испытывал перед Хозяином леденящий кровь ужас.

А в это время в опускавшихся на лес сумерках, прямо перед ним начал сгущаться комок мрака. Словно вся темнота ночи, что окутывает собой землю, собралась в одном единственном месте, сбившись в тугой комок. Клубясь чёрным туманом, от которого во все стороны тянутся такие же тёмные сгустки, что напоминали собой длинные щупальца, он навис прямо над зверем.

Закрыв глаза, волк ждал, не осмеливаясь подать первым голос.

Даже не видя, что вокруг происходит, он почувствовал, как к нему метнулось два сгустка тьмы, теперь чем-то напоминавшие руки. И уже открыв их увидел, как обвив его передние лапы, те с силой дёрнули его в верх, при этом чуть ли, не выдёргивая их из его плеч. Оторвав его от земли на высоту человеческого роста. Беспомощно болтаясь в воздухе, Заноза лишь и мог, что жалобно заскулить, пялясь в самую гущу темноты.