Шаг за грань

«Уэдл? Удэл? Удлэу?» – перечислял Блэк, которому уже не терпелось набить кому-нибудь что-нибудь. Но он был вынужден выслушивать исторические россказни.

– Я? – Айлак позволил себе рассмеяться в голос. – Нет, до Первого мне далеко.

– Ого! – почти разом выдохнули восторженные кадеты.

– То-то и оно: можно искусно владеть оружием, но мудрость и опыт невозможно отобрать силой. На этом закончим работать языками и приступим к делу. Первая пара: Сиро и Блэк, – скомандовал Наставник, и чужак чуть было не подпрыгнул от адреналинового шторма, разгулявшегося по телу.

 – Прежде чем начать, окуните оружие в раствор. – Помощник, выучке которого оставалось только завидовать, осторожно поставил сосуд на землю. – Это очень слабый раствор смертельно опасного яда, он вас не убьет, но доставит массу неприятных ощущений. Согласитесь, когда удар противника не приносит боли, теряется вся суть сражения. По готовности приступайте. – Айлак отошел в сторону, освобождая пространство.

Жидкость тонкой пленкой покрыла клинок Блэка.

Он принюхался – ничем не пахнет. Подавив соблазн, коснуться пальцем яда, чтобы заранее узнать последствия, чужак приготовился к бою. Широко расставив ноги для баланса, он отвел чуть согнутую левую руку назад, а правую вытянул перед собой.

«Что я знаю о Сиро? Спокойна, холодна, умна и ничем не выделяется. Молчаливо придерживается мнения большинства. Дерется неплохо, быстрая, но не сильная. Буду брать напором и массой», – анализировал Блэк, дожидаясь, когда девушка встанет в стойку.

– Готов, – процедил он, стараясь не перегореть раньше времени.

– А какие правила? – Сиро, напротив, никуда не спешила – вопрос прозвучал немного лениво.

– Никаких, – отозвался Наставник и зловеще улыбнулся: – В этом суть выживания. Если кто-то из вас лишится глаза или жизни, Первый, конечно, отчитает меня, но долго горевать не станет.

Сиро внимательно посмотрела на Блэка и едва слышно выдохнула:

– Готова. – После чего кинжал, ринутый четким и молниеносным движением, выпорхнул из ее изящной руки.

Чужак ничего не успел сделать – он не был готов. Десяток игл ужалили грудь, и левая сторона вспыхнула болью, словно кто-то вдавил в кожу раскаленный кусок железа. Скрипя зубами, ощущая, как к горлу подступает тошнота, Блэк невольно согнулся, стараясь хоть как-то отгородиться, спрятаться от воздействия яда. Болевой шок пеленой затягивал взор. Казалось, пытка никогда не кончится.