Десять минут после полуночи

– Ты что сделала?

– Пригласила Олега.

И в комнате воцарилась тишина.

Все дело в том, что, начиная с первого курса, каждый год с тридцать первого декабря по третье января мы собирались у меня на даче, чтобы отметить… Мой день рождения.

Я родилась через десять минут после полуночи. Первого января. И это делает новогоднюю ночь, мягко говоря, неповторимой.

За три с лишним года наша дружная команда из тринадцати человек сложилась, сплотилась и не любила принимать в свои ряды чужаков.

Олега же друзья невзлюбили сразу.

В первую очередь потому, что и он не спешил знакомиться с ними.

– Так ты решилась? – спросила Марина.

– На что? – я неопределенно пожала плечами. – Ну потусит он с нами ночь, поздравит меня с днем рождения и утром же уедет в Москву. Ему будет скучно.

– Ему вообще все время скучно и некогда, – заметила подруга.

– Я отказалась встречать Новый год с ним вдвоём, – призналась я. – Пришлось пригласить его к нам.

– Эх, Викус, заканчивала бы ты это дело скорее! – вздохнул Данька.

 – Не твой это человек.

Не мой. С другом я была полностью согласна. Но как признаться даже самой себе, что быть одной, пусть и в толпе друзей, в праздничную ночь отчаянно не хотелось. Не хотелось вспоминать, как была счастлива год назад.

Олег позвонил, когда я ждала такси у Маринкиного подъезда.

– Вика, ты дома?

– Еще нет, – ответила и посмотрела на часы. Половина первого ночи. – Я только вышла.

– Стой на месте. Буду через десять минут!

Вздохнув, отменила заказ.

Было холодно. Пошел снег. Снежинки кружились в бездушном свете фонарей, и я невольно залюбовалась их неторопливым полетом. Время шло… огромный город засыпал. Я стояла совсем одна и, глядя, на темное небо, простирающееся над крышами многоэтажек, казалась себе незаметной песчинкой, затерянной в огромной пустыне. Без начала. Без конца. Или края.

Темно-зеленый Mini плавно затормозил около меня. Открылась водительская дверь, и Олег поспешно вышел из машины, запахивая черное кашемировое пальто.

Снежинки таяли в его темных волосах. Я зябко поежилась в огромном пуховике, спрятав нос в ярко-красный снуд.

– Привет! – произнес он чуть насмешливо.

– Привет, – ответила я и добавила: – Я замерзла.

Олег удивленно вскинул бровь, но промолчал.

Только шагнул к машине, распахивая передо мной заднюю дверь.

Я не любила ездить впереди на пассажирском сидении. Олегу пришлось с этим смириться.

Ночная Москва сияла мириадами разноцветных огней.