Татьянин день

Стефан успокаивающее улыбнулся, потрепал меня по холке, и мы продолжили путь.

Наконец, мы достигли той самой корабельной сосны. Прямой ровный ствол терялся высоко в небе, земля вокруг была устлана хвоей. Стефан сбросил мешок на землю, освободит Маркуса от ноши, потрепал его по холке, что-то шепча на ухо, легонько хлопнул по крупу, прогоняя. Два прыжка, и барс растворился в лесных зарослях.

Я улеглась на живот, положила голову на лапы и стала смотреть, как наш проводник разбивает лагерь. Стефан притащил охапку сухих веток, расчистил среди сосновых иголок место для костра и расстелил рядом мой плащ.

И только потом занялся установкой щита. Стефан очертил в воздухе круг, обозначая границы лагеря, и начал плести защитную сеть. Я видела упрямо сжатые в одну линию губы, четкие движения рук хранителя, моей магии хватало уловить небольшие всполохи энергии вокруг него, но той неистовой силы, какая шла от Брока, когда он выставил щит против Марка, я не чувствовала.

Закончив с контуром, Дрейк устало опустился на мой плащ и позвал:

– Рикки, иди сюда.

Моя кошка охотно приблизилась к Стефану, лизнула его в ухо и разлеглась на плаще, подставив брюхо для ласки. Стефан засмеялся, костер вспыхнул, и маг тихо проговорил:

– Риккарра, девочка моя, постарайся сейчас не оборачиваться, иначе мы останемся без завтрака! – Я ткнулась носом в теплую ладонь и прикрыла глаза. – И засыпать сейчас не нужно. Давай дождемся Маркуса.

Ждать, впрочем, пришлось недолго. Скоро, словно и не заметив щита, у костра появился снежный барс.

В зубах он тащил тушу молодого козерога – весьма достойную добычу для первой охоты. Стефан широко улыбнулся, принял трофей и мягко проговорил:

– А теперь спать, выходим на закате.

Последнее, что я помнила, был теплый бок барса, развалившегося рядом со мной на плаще.

Проснулась я от того, что мне было тесно, а ногам холодно. Слева, закинув на меня руку, спал Марк. Именно Марк, который был надежно укрыт одеялом. Справа, на спине закинув руки за голову и накрывшись плащом, дремал Стефан.

Костер догорел, солнце клонилось к закату. Я заерзала, пытаясь выбраться из объятий Марка, тот засопел, но руки не убрал. Стефан даже не шевельнулся. Ноги совсем заледенели, и я заворочалась активнее, пытаясь выбраться на свободу.

– Выспалась? – раздалось справа.

– Замерзла, – пожаловалась я, и в тот же момент меня накрыли одеялом с головой и сверху прижали второй тяжелой рукой для надежности. Я недовольно зашипела.