Тысяча слов

Деревянные дома прятались в тени деревьев и тянулись от подножия скалы вдоль всего озера.

А прямо под нами оказалась небольшая крепость, окруженная высоким частоколом. Сейчас ее ворота были гостеприимно распахнуты.

– Все верно, детка! Нам туда, в форпост, – весело проговорил Глеб, проследив за моим взглядом. – Аккуратнее, Кира. Спуск не такой простой, как кажется. Старайся идти сразу за мной, след в след.

В форпосте кипела жизнь. На площади сновали люди. Несколько мужчин, одетых во что-то отдаленно похожее на форму городских патрулей, неторопливо курили у высокого деревянного крыльца и, завидев нас с Глебом, разом выкрикнули приветствие.

После чего вернулись к прерванной беседе. У их ног вертелось несколько здоровых серых волкодавов. Таких огромных собак я не видела даже в Цитадели. В городах же собак не было вообще.

Две молодые женщины в длинных юбках и шерстяных фуфайках проводили нас заинтересованными взглядами. На небольшой вытоптанной поляне дети разных возрастов, босые и чумазые, играли в городки.

Глеб еле успевал отвечать на приветствия, кому-то просто кивая, а с кем-то перекидываясь парой слов. Меня же жители долины разглядывали, не скрываясь, и удивленно перешептывались между собой. Вдруг девчонка лет тринадцати в цветастом платье с восторженным визгом выбежала вперёд, и Глеб подхватил ее на руки, закружив.

– Папа! Ты надолго? – спросила девочка, едва оказавшись на земле.

Папа?

– Еще не знаю, дочь. Я на дежурстве.

Мой мир рушился! Рушился снова и звенящими осколками оседал вокруг.

Но я глупо улыбнулась девчонке, когда Глеб произнес, показывая на меня:

– Лида, познакомься. Это Карина.

– Здравствуй, Карина! – ответила девчонка и посмотрела на меня до боли знакомым взглядом светло-серых глаз.

Я склонила голову в легком поклоне, впервые радуясь тому, что не могу говорить.

Не дождавшись моего ответа, Лида перевела удивлённый взгляд на отца. Глеб поморщился недовольно, но произнес:

– Карина не может говорить, дочь.

Она немая.

Мгновение, и площадь застывает. В полной тишине слышится скрип открываемой двери. Один из волкодавов срывается с места и влетает на крыльцо, приветствуя невысокую женщину средних лет. Ее волосы забраны в знакомый до боли пучок, покрой ее темно-серого платья мне прекрасно известен. Испуганно подношу руку к горлу, мечтая сказать хоть слово. Но не могу.

Женщина удостаивает меня лишь мимолетным взглядом и коротко бросает Глебу:

– В мой кабинет.