Загадка номера 622

– Ну, для хорошего водителя это не так уж и далеко. Я забрал этот чертов конверт около одиннадцати вечера в одном роскошном отеле Базеля, выпил кофе и поехал обратно. В полтретьего вручил его Тарноголу лично в руки. Представляешь, он позвал меня к себе, хотя никогда никого домой не приглашает! Он живет в шикарном особняке на улице Сен-Леже, напротив парка Бастионов. Верх роскоши. Он принял меня с надлежащим уважением, да что там, просто по?царски. И воскликнул: “Брат мой!” “Брат мой!” – это он мне! Представь! Тут же предложил что?нибудь перекусить.

Ну, перекусить – это слабо сказано, там жратвы хватило бы, чтобы прокормить голодающую деревню! Обалденная иранская икра, копченый дикий лосось с Аляски, я такого в жизни не ел, поджаренная сдобная булка, пальчики оближешь, блюдо с сырами, тонкие пироги с фруктами и всякие сладости. Умереть не встать, жаль, ты этого не видела! И еще, по такому торжественному случаю он открыл бутылку “Белуги”. И заявил со своим ужасным акцентом: “«Белуга» – вкус победы!” Мы долго с ним просидели – болтали, смеялись, как закадычные друзья. Провожая меня, он сказал по?английски: Thank you, Mister President.

– Mister President?

– Ну! Меня изберут в эту субботу! В общем, вечер удался, ха-ха!

Макер с любовью посмотрел на жену. В последнее время что?то в ней изменилось. Ее лицо просветлело. Она стала более жизнерадостной, изумляла его своим замечательным настроением. Он просто диву давался. Похоже, она счастлива. Да, он сделал ее счастливой. Всякое у них бывало, и взлеты, и падения, но он нашел к ней подход.

Достаточно на нее взглянуть – ведь чудо как хороша.

В то утро Макер, который обычно долго просиживал за завтраком, в спешке доел тосты, очевидно куда?то торопясь.

– А теперь за дело, – провозгласил он, вставая.

– Ты в банк? – удивилась Анастасия.

– Нет, – ответил он загадочно. – Я в будуар. Мне надо поработать над одним проектом.

Он явно ее заинтриговал. Макер был доволен произведенным эффектом. Вольно ж ей потешаться над ним, обзывая почтальоном, вот бы она ахнула, узнав, кто ее муж на самом деле.

Его слишком часто недооценивали. Иногда он страдал от этого, но потом понял, что, в сущности, в этом и заключается его сила – как известно, в тихом омуте черти водятся.

У него мелькнула мысль, что эта пословица могла бы стать прекрасным названием для мемуаров.

Запершись в будуаре, Макер для начала полюбовался шелковым носовым платком, который он стащил у Тарногола. На нем было вышито: “Синиор Тарногол.