Правда о деле Гарри Квеберта

Но пусть лучше ее доставят сюда: я не так часто бываю в Гусиной бухте, и там почтовый ящик забит всякой дрянью, я в него даже не заглядываю… Здесь я, по крайней мере, буду уверен, что она дойдет.

Почтовый ящик в Гусиной бухте весьма точно отражал нынешнюю репутацию Гарри: вся Америка, прежде преклонявшаяся перед ним, теперь его освистывала и заваливала оскорбительными письмами. Разгорался крупнейший скандал в истории книгоиздания: “Истоки зла” отныне были изъяты из книжных магазинов и из школьной программы, Boston Globe в одностороннем порядке прекратила сотрудничество с ним, а что до административного совета Университета Берроуза, то он решил немедленно уволить Гарри с должности.

Все газеты без стеснения изображали его сексуальным маньяком; все споры, все разговоры вертелись вокруг него. Рой Барнаски, учуяв, что дело пахнет колоссальной выгодой, и не желая ее упустить, непременно хотел выпустить об этом книгу. И поскольку Дуглас убедить меня так и не смог, он в конце концов позвонил мне лично, дабы прочесть небольшую лекцию о рыночной экономике.

– Публика жаждет, требует такую книгу, – заявил он. – Вот послушайте, у нашей высотки внизу даже собрались фанаты и скандируют ваше имя.

Он включил громкую связь, сделал знак ассистенткам, и те заорали что было мочи: “Гольд-ман! Гольд-ман! Гольд-ман!”

– Это не фанаты, Рой, это ваши ассистентки. Добрый день, Мариза.

– Здравствуйте, Маркус, – ответила Мариза.

Барнаски снова взял трубку:

– В общем, только подумайте, Гольдман: к осени выпускаем книгу.

Верный успех! Полтора месяца, чтобы написать книжку – как вам, нормально?

– Полтора месяца? У меня на первую книгу ушло два года. Да и не понимаю, о чем тут рассказывать, никто пока не знает, что произошло.

– Слушайте, я могу вам для скорости выделить писателей-призраков[2 - Термин “писатель-призрак” (от англ. ghost writer) обозначает то, что в литературе называется “негр”, то есть писатель, пишущий под чужим именем. Англосаксы, придумав выражение ghost writer, сумели передать, насколько бесчеловечна эта роль.

(Прим. автора.)]. И потом, не надо никакой высокой литературы: люди прежде всего хотят знать, что Квеберт сделал с девочкой. Просто опишите факты и добавьте саспенса, грязи и немного секса, само собой.

– Секса?

– Да прекратите вы, Гольдман, не мне вас учить ремеслу: кто станет покупать книгу без непристойных сцен между стариком и семилетней девочкой? Люди же этого хотят. Даже если книжка плохая, она будет продаваться тоннами.