Сад сломленных душ

И уже в который раз увидела страшную, удручающую картину: если они сейчас станут на путь бегства и изгнания, их судьба будет незавидной – поимка, жесточайшее наказание. А потом Гефеста казнят, ее снова заточат в этот жуткий склеп, только на сей раз ее сердце будет терзать стократ худшая боль, по сравнению с которой померкнут все ее нынешние муки.

Прошло почти четыре года с того дня, когда Гефест случайно обнаружил подземный ход, ведущий к ее тюрьме, и нашел Прозерпину. Почти четыре года запретных встреч украдкой.

Благодаря усилиям Гефеста, лечившим ее атрофировавшиеся голосовые связки, Прозерпина снова смогла говорить и выражать себя не только через игру на арфе. И с самого первого дня он уговаривал ее убежать отсюда вместе с ним…

– Мне жаль, но это невозможно. Ты же знаешь, любимый.

– Моя милая Проз, моя любовь… – с болью в голосе прошептал Гефест. – Я отказываюсь терять надежду. В один прекрасный день мы сможем быть вместе и выйдем отсюда. Я никогда тебя не брошу, запомни.

Высказав эти красивые, но пустые обещания, Гефест наклонился и нежно поцеловал Прозерпину.

Если бы она могла, то непременно попросила бы Гефеста сжалиться и оборвать ее жалкую жизнь. Однако, раз за разом проверяя Паутину времени, она снова и снова убеждалась, что в таком случае его будущее станет таким же ужасным, как если бы они все-таки сбежали вместе.

Поэтому Прозерпина промолчала и не высказала вертевшуюся на языке мольбу, предпочитая нынешнее позорное рабство всем возможным мирам, в которых не будет ее возлюбленного…

– Ты должен вернуться в свои покои, – неохотно прошептала она, отрываясь от его губ.

 – После случившихся недавно трагедий твой отец вскоре явится сюда. Нельзя, чтобы он тебя здесь застал. Если он тебя обнаружит, последствия будут непоправимыми, поверь… В его присутствии всегда держи свой разум закрытым.

Жизненно важный совет, которым она никогда не пренебрегала.

Гефест осторожно погладил ее по щеке, потом опустил глаза, чтобы не видеть, как натягиваются кабели, вновь поднимая над полом хрупкое тело девушки, в которую он имел несчастье влюбиться…

Глава 5

Сефиза

Из легкой полудремы меня вырвал какой-то непривычный шорох.

Я медленно приподнялась, опершись на ладони, не понимая, где нахожусь. Когда в голове немного прояснилось, оказалось, что я лежу на самом краю металлического листа, образующего пол моей импровизированной хижины, скрипка наполовину зависла над пропастью, а одной рукой все еще сжимаю смычок.