Сад сломленных душ

Возможно, дело было в том, что блеск награды мерк по мере того как я узнавал, какую цену мне придется заплатить, чтобы ее удостоиться…

– Кстати, Эвридика сейчас гуляет в Последнем саду, – продолжал отец более мирным тоном. – Она надеялась встретить там тебя.

Очевидно, Эвридика плохо меня знает, потому что – за исключением тех особенных моментов, когда обстоятельства вынуждали меня там находиться, – я старался избегать этой гигантской, зажатой в самом сердце Собора оранжереи, этого последнего островка навеки потерянной природы.

– Эвридика там одна, – уточнил отец, постукивая длинными золотыми когтями по обитому бархатом креслу. – На этот раз она позаботилась о том, чтобы свита ее не сопровождала. Было бы славно, если бы ты к ней присоединился. Если вы проведете немного времени вместе, это пойдет на пользу вам обоим, не находишь?

Я глубоко вздохнул и откинулся на спинку сиденья, меня охватило смущение иного рода. Я переплел пальцы, пытаясь скрыть замешательство, и осторожно заметил:

– Честно говоря, мне кажется, мы что-то упускаем.

Возможно, следовало бы подождать еще год или два?

Орион подался вперед и внимательно поглядел мне в глаза, на его лице мало-помалу проступала досада.

– Ты же знаешь, как нам повезло получить такую возможность, не так ли? Как непросто было, учитывая твою особенность, убедить богиню, к тому же не последнюю по важности в королевстве, не много не мало, одну из твоих сестер.

Верлен, до сих пор ты ни разу меня не разочаровал, так что не стоит начинать делать это сейчас.

Отец ожидал, что я женюсь на одной из богинь Пантеона, Эвридике – поскольку она единственная на это согласилась, – и надеялся, что от этого странного союза родятся новые боги.

Мне было всего восемнадцать, я с трудом видел себя частью грандиозного отцовского плана и едва ли мог осмыслить, что на мои хилые, шаткие плечи возложена ответственность за будущее целой расы…

Вот уже более тысячи лет ни один из старших богов – а остальные в любом случае были стерильны – не мог зачать.

Больше тысячи лет Орион искал решение этой неразрешимой проблемы. В конце концов он настолько отчаялся, что перешел последнюю грань и прибегнул к самому кощунственному способу из всех возможных: межвидовому скрещиванию.

Я появился на свет в результате запретной богопротивной связи, полностью противоречащей природе.