Мегрэ и старая дама

Арлетта заметила, что младший, родившийся после пятилетнего перерыва, вероятно, был неожиданностью для Мими, если учесть, что старшему уже пятнадцать лет. Мими ответила, что Шарлю только этим бы и заниматься, все заботы ведь не на его плечах. Словом, вам легко представить, о чем шла речь. Мы обменивались еще кулинарными рецептами.

– Арлетта поднималась в вашу комнату после обеда?

– Да. Я показала ей платье, которое сшила себе недавно, и примерила его при ней.

– Где стояла ваша дочь?

– Она сидела на кровати.

– Оставалась она одна в вашей комнате?

– Только на мгновение, пока я ходила за платьем в соседнюю комнатку, которая служит мне гардеробом. Но я и мысли не допускаю, чтобы Арлетта могла вылить яд в пузырек с лекарством. Для этого ей понадобилось бы открыть аптечку, которая находится в ванной. Я бы услышала. Да и зачем бы это нужно было Арлетте?.. Ах да, я вижу теперь, что бедняга Жюльен рогат!

– Мужчина пробрался в комнату к Арлетте после полуночи и был вынужден поспешно бежать через окно, когда услышал стоны Розы.

Она не удержалась от улыбки:

– Не повезло!

То, что произошло у нее в доме, ее больше не пугало.

– Кто же он? Кто-нибудь из здешних? – спросила она.

– Он привез ее из Парижа на машине, это некий Эрве Пейро, виноторговец.

– Он молод?

– Ему лет сорок.

– Меня тоже удивило, что она приехала поездом, ведь у ее мужа есть машина и она умеет водить. Все это странно, господин Мегрэ, и в конце концов я довольна, что вы здесь. Инспектор Кастэн унес с собой стакан, пузырек с лекарством и другие вещи, которые находились в моей комнате и в ванной.

Мне хотелось бы узнать, что скажут в лаборатории. Приходили еще полицейские в штатском, они тут все фотографировали. Ах! Если бы Роза не была такой упрямой! Я ведь сказала ей, что у лекарства странный привкус. И вот, едва выйдя за дверь, она допила стакан. Она, конечно, не нуждалась в снотворном, уверяю вас. Сколько раз я слышала сквозь стену, как она громко храпит во сне. Может, вы желаете осмотреть дом?

Мегрэ провел здесь какой-нибудь час, а дом уже казался ему хорошо знакомым.

Угловатая фигура крестьянки – несомненно, вдовы! – появилась в дверях.

– Вы доедите вечером рагу или остатки можно отдать кошке? – без улыбки, почти злобно произнесла она.

– Доем, мадам Леруа.

– Я все кончила. Все прибрала. Когда вы сможете помочь мне внести мебель?

Валентина намекающе улыбнулась Мегрэ:

– Сейчас.

– А то мне уже нечего делать.